Медвежий год

По моим давним наблюдениям, дичь в лесах плодится циклично. Каким-то образом та же боровая дичь узнаёт о том, что в тот или иной год ягод будет много, и, соответственно, в этот год её выводки гораздо больше по численности, и дичь по осени встречается гораздо чаще, чем в предыдущие годы. То же и с другими птицами и зверями.

В тот памятный для меня год было много ягод на рябинах. И медведей было тоже много. Ранним утречком я ринулся в лес, где неделей назад было видимо-невидимо боровой дичи, и я вновь в радостью увидел взлетающих с ягодника глухарей. Пусть далековато, но есть птица, есть!
Я прошёл вдоль одной канавы – никого. Вдоль другой – то же самое. Ничего не поделаешь, пора пить чай. От горелого соснового пня нащепал смолистых плашек, положил ружьё, рюкзак и с ножом в руке пошёл вырубить что-нибудь подходящее для котелка. И вдруг я услышал, что кто-то идёт по канаве, по самой воде, в мою сторону.
Подобрав палку под котёл, я вышел к канаве, думая, что расспрошу коллегу о том, куда делись глухари. И что я вижу? В мою сторону, то есть в сторону моего ружья по канаве идёт медведица с двумя медвежатами. А мне до ружья метров пять-шесть, но это в сторону медведицы.
К счастью, под моей ногой хрустнула ветка. Медведица остановилась, зарычала, шлёпнула одного медвежонка, второго – да так, что они вылетели на бруствер канавы, а затем прыгнула туда сама.
С удивлением я обнаружил себя уже с ружьём в руках и с пулями в стволах, но когда и как я поменял дробовые патроны на пулевые – так и не вспомнил.

А до этого случая, ещё до открытия охоты, мы с другом Александром поехали за Чус в надежде набрать много-много белых грибов. Но оказалось, что массового выхода ещё нет, и грибы растут по брустверам лесных дорог, да и то не везде. Выбрав более-менее подходящий перекрёсток дорог, мы с другом разошлись в разные стороны.
Мне стали попадаться грибы, и я всё внимание обратил на дорогу, бегая то на одну её сторону, то на другую. Но вот грибы закончились, я поднял голову и посмотрел вперёд. А там бегали две какие-то собаки – да не собаки, а медвежата! Значит, близко их мама, а у меня в руках только грибной ножик. В это время на дорогу вышла и мамаша. Она сразу поднялась на задние лапы, затем рявкнула на медвежат, и они побежали в левую от меня сторону, где ходил мой друг.
И я закричал. В ответ – тишина. Я побежал к перекрёстку я небывалой для себя скоростью и увидел друга, который вышел совсем в другой стороне. Поделившись впечатлениями, мы решили переехать в другое место. Снова побродив, но не найдя грибов и там, мы подошли к машине, поставили в неё корзины и увидели, что за мелкими соснами кто-то тоже идёт к дороге, перпендикулярно к машине, за поворот.
Посетовав, что ещё кому-то не повезло на тихой охоте, мы сели в машину и на скорости прошли поворот, надеясь увидеть грибника. И увидели впереди совершенно спокойно бегущего медведя, причём расстояние между нами не сокращалось, несмотря на наши 60 км/ч. Основную дорогу мишутка проскочил в один прыжок, а там было метров пять.
Мы остановились, чтобы полюбоваться на этого красавца, а он и впрямь был хорош. Его шерсть блестела под лучами солнца и колыхалась мягкими волнами. Чувствовались в нём мощь, сила, ловкость лесного, уверенного в себе зверя. Вырубка, по которой он бежал, была длиной с километр, он бежал всё так же ровно, как будто неспешно, но очень недолго мы могли им любоваться – это расстояние медведь преодолел в один миг.
Мы ещё заезжали в два-три места, но грибов не было. И пусть в тот раз мы ехали домой без грибов, но зато с какими впечатлениями!

Вячеслав Раченко, г. Кирс.
«Моё Верхнекамье».

_________________
Кто владеет информацией - тот владеет миром

Деревенские частушки

А Баталовска деревня – всё домок возле домок.
А баталовски девчата все под первый номерок!

Не ходите, девки, замуж во Козидворский колхоз –
Хоть и славны там ребята, кочковатый сенокос.

Как в Баталово идти, все дороги вязки,
Все баталовски ребята без наряда баски.

Из Баталово ребята – парнечки так парнечки,
Носят белые рубашки, на пиджак воротнички.

Было времечко такое – на троих одни штаны:
Коля носит, Толя просит, Миша в очередь стоит.

Были и у нас ребята, эх, киномеханики,
Вместо белого экрана вешали подштанники.

Как Волосница была не город, а развесёлое село,
У них ребят и девок было много, и жили очень весело.

К Волоснице подходить – на дороге кочки,
Волосницкие девчата – сущие цветочки!

Ох, какая темнота, ой, какая тёмна ночь!
Одна мама ищет сына, а другая ищет дочь.

Супротивница моя десять тысяч стоила,
Трёхкопеечная я её любовь расстроила!

Раньше девок угощали сладкими конфетками,
А сейчас их угощают только сигаретками.

Меня дома запирают от милёнка под замок,
А он ключик подбирает, ходит каждый вечерок.

Дядя, чи, да дядя, чи, заблудилась на печи,
На печи овса мешок, а я решила – женишок.

На стене висит пальто, меня не сватает никто,
Выйду в поле закричу: «Караул! Замуж хочу!»

Вспомни, вспомни, милый мой, как я гонялась за тобой:
Все крещенские морозы в белой кофточке одной!

Река Кама, река Кама, река с перекатами!
Не любовь, а наказанье с нашими ребятами!

Валентин Бабиков, п. Рудничный.

_________________
Кто владеет информацией - тот владеет миром

Маленький Лесик

Есть такой уголок природы в Верхнекамском районе, близ деревни Стрелково, который ласково называется Маленький Лесик. В нашем воображении, исходя из названия, предстаёт небольшой участок леса. Но так ли это? Вот и я решила проверить.
Я часто приезжаю к бабушке в деревню Южаки. В грибную пору в речи местных жителей часто звучит название Маленький Лесик. Решили и мы отправиться туда, чтобы набрать грибов – от Южаков по грунтовой дороге. Через три километра пути мы прошли опустевшую деревню Стрелково. Когда-то здесь жила и моя бабушка. Теперь здесь никто живёт. Дальше мы направились в сторону болота. Немного не доходя, свернули влево. Есть два подхода к этому удивительному месту: один – через балку, другой через поле. Приблизились к Лесику.
Рядом расположился небольшой заросший пруд. Там обитают караси больших размеров, можно поймать даже карпа. В период перестройки карпа запустили в пруд, чтобы размножить для любителей рыбалки. На берегу пруда деревья. Я надеялась увидеть небольшую рощу, а нас встретил могучий лес.

Оказывается, когда-то на этом месте было поле. Его пахали, засевали зерновыми культурами. И вот однажды на середине поля выросли три небольшие берёзки. Пахарям стало жаль губить эти юные деревца, и их оставили расти. Так продолжалось из года в год: деревца росли, крепли, а вокруг появлялась молодая поросль. Вот уже выросла небольшая роща. Радовала она всех людей. Насколько богат грибами был этот уголок! Здесь росли сыроежки и подберёзовики, особенно много было подосиновиков. В Маленьком Лесике появлялись самые первые в округе грибы. К середине июня они уже всегда были. Приезжали за ними даже из соседних деревень. В грибной сезон много любителей тихой охоты побывает здесь за день, и никто не уйдёт без даров природы.

Уже давно Маленький Лесик – не маленький. Это большой лес, который и встретил нас своей шумной зелёной листвой. Но местные жители до сих пор именуют его ласково, как новорождённого малыша – Маленький Лесик. И те люди, которые покинули свою малую родину, с большой теплотой отзываются об этом удивительном месте с таким интересным названием.

Мария Мелехина,
ученица 8 класса Созимской школы.
"Моё Верхнекамье".

_________________
Кто владеет информацией - тот владеет миром

Случай на охоте

В 1970-е годы окрестности речки Бартёмки привлекали охотников обилием всевозможной дичи, благо, что передвигаться было очень сподручно: множество лесных дорог, тропок и тропинок – наследие некогда производимых здесь осмолозаготовок. На больших суходолах попадались вывороченные, но не собранные, старые смоляные пни, а то и целые невывезенные поленницы этих пней.
Несколько лет я охотился в тех местах и удовольствие получал сполна: от двух патронташей патронов, что я всегда брал с собой, к концу охоты никогда ничего не оставалось. Естественно, была и добыча. О ночлеге вопрос никогда не стоял, поскольку дров в виде смолья было в достатке.

…Октябрьский день подходил к концу, начало смеркаться. Я снова слышу лай моей «уродины» (такой я считал тогда свою собаку). На тёмном осеннем фоне леса мелькает неописуемо белый силуэт зайца, но далеко. Мы с напарником расходимся, надо постараться уравнять добычу, ведь у меня в рюкзаке уже лежит заяц, а у него ничего нет.

Темень надвигается намного быстрее, чем нам хотелось бы, а заяц никак не подходит на выстрел. Всё, надо идти к балагану, ведь ещё требуется заготовить дрова. Но мелькающий то тут, то там заяц и моя профессионально работающая молодая собака, которую я до этого дня окутал чёрной аурой, до последнего держат меня на месте. Ну, всё, надо идти, времени нет.
Выходим на знакомую лесную дорогу и почти бежим по ней. Этот балаган я не знаю, поэтому полагаюсь на напарника, который и ведёт меня к жилью. Я на ходу отзываю собаку, но она в азарте погоны меня не слышит. И опять жалость к собаке меня тормозит, но надо спешить. Напарник резко сворачивает с дороги в сторону, к огромной осине, поваленной ветром, которая лежит поперёк дороги. Осину приходится обходить стороной. Её ствол изглодан лосями. Напарник уходит в сторону – это развилка дорог. «Ну, всё, – говорит он. – Идём правильно, через десять минут будем у балагана».
Мы идём уже минут двадцать, а балагана всё нет. Снова поворот в сторону – опять развилка. «А вот и сушина – мы на правильном пути. Будем через пять минут!» – уверенно говорит напарник. Я впопыхах взглянул на сушину – вроде бы, это большое здоровее дерево, хотя может быть у него сухая вершина или какой-нибудь большой сухой сук, и это служит ориентиром для напарника?

Рядом кто-то заскулил. Ах ты, моя дорогая! Опять я виноват перед тобой!
На очередной развилке мне показалось, что мы всё время поворачиваем в одну сторону, но напарник заверил: «Правильно идём!» и опять резко взял в сторону. Снова поваленное через дорогу дерево, которое надо обходить. «Сергей, мы здесь уже проходили», – говорю я напарнику и показываю на осину, погрызенную лосями. Достали фонарик, который так берегли, посветили. Точно, та самая осина.

Пришлось готовить ночлег тут же, хорошо, что смолистых пней для костра было в достатке. Развели большой костёр, чтобы он прогрел землю для ночлега, на нём же начали готовить ужин. Затем остатки костра сдвинули в сторону, смели пепелище и постелили лапник – тёплая лежанка готова!
Я спал в обнимку со своей славной «уродиной». Утро нас разочаровало – выпал обильный снег. Мы быстро нашли тот злополучный балаган, правда, не смогли установить, в каком месте мы неправильно свернули – снег спрятал наши вчерашние следы. По секрету скажу, что и сушины (того ориентира) я тоже не видел. И дичь куда-то исчезла, хотя в итоге мы всё равно вернулись не пустые: с озера, что мы проходили берегом, взлетел заматеревший крякаш, которого подстрелил Сергей, на том наша охота и закончилась.

Владимир Цалов, г. Кирс.
«Моё Верхнекамье».

_________________
Кто владеет информацией - тот владеет миром

Медведь дожидался обидчиков…

До пенсии в течение многих лет мне удавалось выходить в очередной отпуск со второй половины сентября. В эту пору золотой осени уже не так жарко, комаров почти нет, а грибы и ягоды поспели. В погожие дни в лесу – Божья благодать. И в это прекрасное время я выбирал два-три дня, чтобы побывать на речке Крутой – в ней водился хариус.
В первые годы мы добирались на тепловозах, а впоследствии смастерили свою «пионерку» на четырёх человек, на которой можно было в любое время уехать и вернуться. От Созимского до Крутой по УЖД больше полусотни километров, и путь был небезопасным – особенно в кривых, потому что можно было «состыковаться» с встречным железнодорожным транспортом. И такое, хоть и редко, но случалось.

В то утро мы с Толяном выехали из посёлка раненько и крались, в каждой кривой сбрасывая газ, чтобы не столкнуться со встречным транспортом. Если такое предвиделось, надо было за считанные секунды успеть сбросить нашу «пионерку» на обочину.
К месту мы приехали перед обедом. Сбросили «пионерку» с рельсов и вышли на старую автодорогу, по которой Толян уже с кем-то раньше ходил. Эта автодорога уходила параллельно р. Крутой в её верховья, и по ней было хорошо идти. Слева и справа были старые вырубки, зарастающие мелким березняком и осинником, с островками приличного, густого ельника, который нависал над мелколесьем. Такие места любят рябчики, за ними мы и пошли по этой дороге, рассчитывая, что через пару километров, миновав два ручья, мы свернём на р. Крутую. А там порыбачим и найдём подходящее место для ночлега.

Мы шли неспешно, зарядив ружья мелкой дробью. Рябчики то слева, то справа срывались с земли и улетали неведомо куда. Мы за ними не гонялись, брали только тех, которые были видны с дороги.
Вдруг совершенно неожиданно для нас с правой стороны, за редкими ёлочками, рявкнула какая-то зверюга. На секунду опешив, мы повернули головы и увидели метрах в пятнадцати от нас, на небольшом бугорке, большущую зверюгу с открытой пастью, которая рычала на нас.
Мгновенно переломив ружья, мы выбросили дробовые патроны, вставили пулевые. От получившегося с обоих ружей дуплета косолапый рухнул, словно подкошенный невидимой косой. Добавив по пулевому патрону в стволы, мы стали осторожно подходить. Мишка ещё шевелился, но встать уже не мог. Уши были не прижаты, значит, он больше не опасен, но на всякий случай мы сделали контрольный выстрел.

Осмотрели место. Медведь лежал на краю большой воронки, выкопанной им же. От правой лапы тянулась тонюсенькая нить одной прядки стального тросика – явно рассчитанная на такую зверюгу. Как выяснилось, эта ловушка была поставлена на совсем другого хищника – на волка, а зацепился, одним пальцем правой лапы, медведь.
Мы не могли понять, почему медведь не отгрыз себе палец, ведь некоторые хищники, попавшие в такую ситуацию, отгрызают не только палец, но и всю лапу. Когда обдирали шкуру, разделывали тушу, нашли ответ на этот вопрос: медведь уже побывал когда-то в такой же передряге, только всей лапой, да и чужую пулю мы обнаружили в его теле. Лёжа в этой воронке, поджидая своих обидчиков, медведь сам себя так отштукатурил глиной, что Толян шкуру полдня отмывал в реке.

До хариусов в тот день мы так и не добрались, отложив это удовольствие до следующего раза. А на том месте, где мы взяли косолапого, судя по всему, волки задрали молодого сохатого и наведывались на его останки, поэтому на их тропе и была поставлена ловушка.
Спустя несколько лет на р. Крутой построили добротную избушку. Зимой мужики промышляли куницу, а осенью, после не всегда удачной рыбалки, было где переночевать.

Александр Вязников, п. Рудничный.
"Моё Верхнекамье".

_________________
Кто владеет информацией - тот владеет миром

Бедный мишка... когда эту охоту,будь она неладна, совсем запретят?

и куда потом деваться будешь от медведей и волков?

Вот в европах тоже так думали... так теперь не волков ,ни медведЕй...
а пусть егеря отслеживают поголовье...

сравнила хрен с гусиной шеей
вот откуда в вас это преклонение перед европой? почему надо всё как там? назови мне где в европе тайга?

Кто кого?

_________________
Если я вас как-то раздражаю, то вы всегда можете забиться в угол и поплакать.