Текущее время: 22 авг 2019, 08:39

Часовой пояс: UTC + 3 часа




Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 248 ]  На страницу Пред.  1 ... 21, 22, 23, 24, 25
Автор Сообщение
 Заголовок сообщения: Re: ПРОЗА нашей жизни
СообщениеДобавлено: 17 июл 2019, 22:16 
Гуру

Зарегистрирован: 29 сен 2014, 11:56
Сообщения: 711
Марьина горка
(окончание)

В лагерях к тому времени воры в законе и насильники перестали обращаться в больничку, так как за два года их сословие значительно поубавилось. Появилась в лагерях расхожая фраза: «Что, голубок? На Марьину горку захотелось?». А вот простые заключённые, а тем более политические, благодарны были Марии Ивановне безмерно – скольких она спасла от голодной смерти, сколько доходяг вернула к жизни, сколько язвенников и травмированных было спасено ею от неминуемой мучительной гибели. Однако основная цель опытов не была достигнута – больные с пересаженными органами жили не более месяца. Видел я, как тяжело принимала смерть каждого из них Мария Ивановна, хотя при этом знала, что и без этих пересадок жить им всё равно оставалось немного, от силы несколько лет, а в условиях лагерного содержания – и того меньше.

И только через два года, в результате какого-то то ли прозрения, то ли озарения, раскрыла Мария Ивановна секрет, как обмануть природу, как заставить организм реципиента принять пересаживаемый орган как «родной». Для этого я должен был соединить на сутки кровеносные и лимфатические системы усыплённых донора и реципиента, чтобы кровь и лимфа, перемешавшись, стали однородными, а также сделать до десятка взаимных пункций спинного мозга. И о, чудо! Смертность снизилась до нуля, пробные вскрытия через месяц показали полную приживаемость, организм принимал чужой орган как родной. Через полгода успешных пересадок утаивать результат стало невозможно, и к Марии Ивановне стали обращаться сотрудники охраны с требованием пересадки больных органов. Отказать им в этом Мария Ивановна не могла, так как доноров они привозили сами из дальних лагерей – ну какой заключённый с большим сроком откажется от комиссовки, то есть списания по болезни, которую разрешили в ГУЛАГЕ после смерти Сталина. А пожить и умереть, хоть и с больным органом, но на воле – была мечта каждого из них.

И всё бы было хорошо, но возникла очередная напасть: больным, которым были пересажены органы, передавался характер донора. Вполне культурные и уравновешенные больные, которым были пересажены органы закоренелых воров, становились через некоторое время злыми и агрессивными, у них появлялись необычные привычки и воровские способности. Особенно это было заметно у политических, которым были пересажены органы отъявленных воров. Поняла тут Мария Ивановна, что живые ткани обладают клеточной памятью, что любая система человека – это хранилище информации головного мозга.

Хотела она прекратить игру с природой, с законами мироздания, но процесс был запущен. Уже и из министерства стали прибывать в больничку высокие чины и их жёны, уже поступил сигнал Марии Ивановне, что намечается приезд комиссии из института трансплантологии. Профессора института были крайне удивлены, что проблема отторжения органов, над которой безуспешно бьются выдающиеся умы медицины, практически решена какой-то никому не известной провинциальной девчушкой. К тому же в больничке стали появляться сотрудники госбезопасности, которым поступил сигнал сверху о появлении возможной государственной тайны. Сотрудники эти, далёкие от медицины, а тем более от проблем трансплантации органов, и сами не знали, что и как надо делать, чтобы эту тайну сохранить. Не додумались ни до чего лучшего, как поставить охрану у дверей операционной палаты, не понимая, что вся «тайна» находится в палате рядом, где я сутками перекачивал кровь и лимфу из тела в тело донора и реципиента. Атмосфера в больничке накалялась, пациенты в высоких чинах ломились в кабинет Марии Ивановны, невзирая на запреты и очередь. О лечении заключённых уже не было речи. Она, бедная, уже и сама была не рада своему успеху. Вновь зашуршали тележки и санки в сторону кладбища, но вины Марии Ивановны в этом уже не было, но только боль и слёзы стояли в её глазах, когда увозили «на горку» очередного заключённого. Смотреть спокойно я на неё в такие минуты не мог – ведь она прекрасно поняла, глядя на озлобленных и ожесточённых некогда смирных людей, что совершает большую ошибку. Поняла, что по законам жизни и смерти никакая пересадка чужих органов в организме человека не предусмотрена, и всяческое вмешательство в доведённого до совершенства природой человека недопустимо.

Ещё через год Мария Ивановна, не объясняя мне ничего, собрала свои нехитрые пожитки, и увёз её поезд в неизвестном направлении в сопровождении крепких мужчин в чёрных стильных костюмах. И осталась жителям на память легенда о девчушке-хирурге по имени Марья-Мария и красивое название кладбища – Марьина горка.

_________________
Земеля


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
 Заголовок сообщения: Re: ПРОЗА нашей жизни
СообщениеДобавлено: 25 июл 2019, 00:57 
Гуру

Зарегистрирован: 29 сен 2014, 11:56
Сообщения: 711
Клад деда кулака.
Не так много было в нашем детстве ярких событий. Да и откуда им было взяться в далёком таёжном посёлке, если до ближайшего жилья было полсотни километров по глухим лесам и болотам. Потому неописуемой радостью для нас, поселковой детворы был прилёт вертолёта или приезд кочующих цыган, которые по пути на зимовку проходили через наш посёлок. Но самым выдающимся событием был приезд солдат, которые ловили беглых заключённых. Приезды эти бывали обычно в конце лета, когда начинался урожай грибов и ягод, именно в это время сбегали заключённые из лагеря, располагавшегося на полпути к райцентру. Солдаты устраивали пост возле моста через нашу речушку и на дороге, ведущей в областной центр.
Приезжали они с собаками, с оружием и весёлым настроением. Видно было, что это для них такая же радость, как для нас пацанов каникулы. Они ставили палатку, разводили костёр, купались и играли на гитаре. За пачку сигарет с удовольствием давали пацанам выстрелить из автомата, за кусок солёного сала можно было дать целую очередь, а за банку варенья – раскрасить ночное небо трассирующими лентами. Их командир делал вид, что ничего не видит, отворачиваясь от стреляющих пацанов. В тот августовский приезд жили солдаты долго, что-то уж очень видать хитрые зеки попались – никак их поймать, видимо, не удавалось. Мы не забивали себе головы заботами солдат, нам было хорошо, что они долго гостят, одно плохо было, что варенье и сало «закончилось» – быстро родители заметили оскудение припасов.
Вскоре после их отъезда прибыл на стоянку у посёлка цыганский табор. По улицам из дома в дом переходили группы разодетых цыганок со сворой цыганской мелюзги. Что не досталось солдатам, перекочевало в узлы и котомки гадалок и танцующих цыганят. А для нас было очередным развлечением общение с цыганятами нашего возраста, знакомство с их жизнью и долгие вечера у костра. Прибывший табор был тот же, что и в прошлом году, а с ним приехал наш друг цыганёнок Яшка. Это был шустрый и сметливый паренёк, знал грамоту и любил пошалить.
– Валерка, а у меня вчера сосед старик Сукач умер, – заговорщицки сообщил мне друг Шурка, когда утром я пришёл к нему, чтобы идти вместе в гости к Яшке, как договорились накануне.
– Ну, умер, и умер. Нам-то какое дело?
– Да ты что, забыл Валерка, что у него богатство большое есть, я ведь тебе рассказывал, – опешив от моего безразличия, возмутился Шурка. – Он старик одинокий, и, если мы найдём его клад, никто и знать не будет. Не знаю как тебе, а мне деньги нужны, у меня нынче сестрёнка в школу пойдёт, а мамка одна на нас много не заработает, да и тебе они тоже, я думаю, лишними не будут. Так что, сегодня, когда его схоронят, обыщем его комнату, запасной ключ от замка у меня есть, дед мне его отдал на всякий случай.

Дед Сукач был из бывших кулаков, сосланных в посёлок ещё до войны. Это был седенький тщедушный старичок, напоминавший боженьку, каким был он нарисован на иконах, стоявших на комоде у Шуркиной матушки. Занимался Сукач колхозным пчеловодством и целое лето пропадал на пчельнике, только зимой жил в посёлке. Шурку дед любил, и не только как соседского пацана, а привечал так, словно он был ему внуком. Своих-то ни детей, ни внуков у старика не было. Почему – никто не знал, то ли они остались на его родине, то ли умерли в дороге на ссылку. Он никому не говорил, а спрашивать об этом люди не хотели, чтобы не бередить его душевные раны. Только видели люди, что привёз с собой Сукач небольшой сундучок, в котором были, как все подумали, бесценные богатства, так как сильно охранял он его, не выпускал из рук за всю дорогу. Шурка тоже видел однажды этот сундучок, зайдя в комнату без стука, да только дед мгновенно что-то положил в него и спрятал сундучок под кровать. Шурка уверял меня тогда, что золотом блестел тот спрятанный стариком предмет.

События в этот день только умножались – не успели мы с Шуркой вернуться с кладбища, как на поле, рядом с табором сел вертолёт. Напрочь забыв о кладе, помчались мы к нему, куда уже бежали пацаны из посёлка и стая цыганят, среди которых мелькала красная рубаха Яшки. Вышедший из вертолёта лётчик, ничуть не стесняясь набежавшую детвору, на чём свет стоит, поносил какого-то своего механика Петровича, который не проверил запас топлива и аккумуляторы. А нам, не понимавшим его возмущения, было интересно ощупать и осмотреть вблизи такую необычную громадную машину. Вскоре мы поняли, что взлёт откладывается на неопределённое время, потому что два чёрных ящика, которых лётчик и называл аккумуляторами, увёз на подводе конюх в посёлок для подзарядки. Весь интерес к вертолёту быстро улетучился, да тут ещё Яшка сообщил нам, что вечером в таборе будет веселье – день рождения у барона, так он назвал вожака табора. А нас он приглашает вечером покататься на лошадях, зная, что мы никогда не откажемся от такого предложения, хотя ни один из нас, ни разу на лошади не сидел.

Тщательно обыскали мы с Шуркой комнату деда, но никакого сундучка не нашли. Про наличие сундучка сомнений не было, да и про золотой блеск Шурка не мог придумать. Оставался нам один выход – вскрывать пол в комнате, Для этого где-то надо было найти хороший лом, ведь половицы в бараках были сшиты между собой на деревянные шканты. Без него такой пол было не вскрыть, но уже через час был у нас в руках багор, взятый из гаража с пожарного щита, а ещё через час измазанные, все в тенётах, в задумчивости сидели мы на скамейке у барака, и каждый в голове прокручивал неудачу.
– А не мог дед клад на пчельнике спрятать? – чуть не вскрикнул Шурка. – Там надёжнее и под охраной пчёл, кто же туда сунется. Давай, Валерка, сегодня же ночью обыщем будку на пчельнике и зимовник.

Дед Сукач всю жизнь отработал на пчельнике, который находился рядом с кладбищем. Пчельник представлял собой большую поляну, по всем сторонам которой росли берёзы, а в середине поляны стояли ульи. Для подсобных нужд у деда Сукача был сарайчик из досок и зимовник, представлявший рубленую из стволов полуземлянку без окон, куда на зиму дед заносил ульи. В сарайчике он жил всё лето – тут было всё необходимое: печка, стол, медогонка и прочие пчелиные инструменты. Частенько мы с Шуркой бывали здесь – дед всегда был рад Шурке, ну и мне за компанию, угощал сотами, наполненными душистым мёдом. Стояли сарайчик и зимовник прямо у входа на поляну, чтобы не беспокоить лишний раз пчёл суетой.

Чтобы не вызвать никакого подозрения, искать клад решили ночью, а до того погостить у Яшки в таборе, который, как нельзя кстати, был расположен по пути на кладбище и пчельник. Вечером мы были у него в гостях. Табор гудел. По кругу были расставлены кибитки, в центре горел костёр, рядом с которым стояли четыре телеги, застеленные белоснежными скатертями. Такое обилие угощений и вин нам с Шуркой видеть никогда не доводилось, но Яшка сразу сказал, что детям и женщинам достанется то, что оставят старшие цыгане. А пока предложил, как и обещал, покататься верхом на лошадях. Яшка подробно объяснил как сидеть в седле, как управлять лошадью, как останавливаться. Но удовольствия от езды ни я, ни Шурка не получили и спешились возле пчельника. Было уже довольно темно и неожиданно для меня Шурка предложил Яшке вступить в нашу компанию по поиску клада.
Окончание следует.

_________________
Земеля


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
 Заголовок сообщения: Re: ПРОЗА нашей жизни
СообщениеДобавлено: 27 июл 2019, 09:44 
Гуру

Зарегистрирован: 29 сен 2014, 11:56
Сообщения: 711
Клад деда кулака.
Часть 2.

Узнав подробности желания найти клад, загорелся Яшка нашей идеей. На трёх лошадях подъехали мы к пчельнику, возле которого Яшка их стреножил и отпустил погулять. Увидев, что напротив пчельника кладбище, друг наш слегка струхнул и предложил покараулить нас у входа в пчельник, пока мы будем обыскивать хозяйство деда Сукача. Так и нам будет поспокойней, решили мы с Шуркой. Искать в будке резона не было, а вот в зимовнике стоило тщательно поискать, для чего Шурка нашёл металлический прут и свечку. Дверь в зимовник была открыта для сушки его земляного пола и бревенчатых стен. В свете свечи ничего хоть издали напоминающего место, где можно что-то спрятать, не было – зимовник был пуст, если не считать кучи мха в дальнем углу. И только тут я понял, зачем приволок сюда Шурка металлический прут – не мешкая, он начал прокалывать им земляной пол. Я держал зажжённую свечу, а он тщательно вёл поиск.
– Есть! – шёпотом вскрикнул мой друг. – Есть что-то! – И начал руками разгребать землю.
– Пацаны, атас! Сюда с кладбища два покойника идут, – подбежав к дверям зимовника, испуганно зашипел Яшка.
Мгновенно затащив Яшку в зимовник и закрыв дверь, забились мы в угол и зарылись в кучу мха. Какой страх мы все трое испытали в те минуты этого не передать никакими словами: учащённое, едва сдерживаемое дыхание друг друга и стук собственных сердец слышались нам из кучи мха.

А за дверями зимовника кто-то ходил и разговаривал, но понять, кто это и о чём шёл разговор, было невозможно. Но вот голоса приблизились и кто-то внятно произнёс:
– Да нет тут, Сивый, никого. Померещилось тебе. Ну, кого чёрт принесёт ночью да ещё на пчельник, да ещё который рядом с кладбищем, – и, зайдя в зимовник, продолжил. – Нас с тобой даже солдаты вычислить не смогли, потому что не любят люди даже днём, а не то, что ночью, задаром по кладбищам шататься. Да солдатам и в голову прийти не могло, что мы рядом с ними на кладбище таимся. А вот лошади, которые здесь пасутся, скорее всего, цыганские. Вот ими-то мы и воспользуемся, за ночь далеко ускачем, пока цыгане пропажу обнаружат.
Оставив дверь зимовника открытой, эти двое скрылись в ночной темноте. Вскоре послышалось лошадиное ржание и глухой удаляющийся стук копыт. Не верилось, что беда миновала нас, мы ведь с Шуркой сразу поняли, что эти двое – беглые заключённые, которых недавно искали солдаты. Зеки, оказывается, скрывались на кладбище, а по ночам, когда дед Сукач уходил в посёлок, кормились его припасами да мёдом. Найди бы они нас, не известно остались бы мы в живых или нет?

– Ай, пацаны, беда-то какая! – запричитал Яшка, – ведь меня барон из табора выгонит за потерю лошадей! Как мне быть, что я ему скажу?
– Да не скули, ты! Придумаем что-нибудь, – начал оправдываться Шурка, поняв, в какую беду загнали мы друга со своим кладом, – Сейчас разрою землю, посмотрю что там, и будем думать, что дальше делать.
И точно, на небольшой глубине в мерцающем свете свечи показался небольшой сундучок. Он был размером с посылочный ящик, оббитый блестящим железом, и на стенке имелось небольшое отверстие для ключа. Такая досада охватила нас – столько натерпеться страху и не увидеть, что там внутри. Шурка потряс сундучок, но никаких звуков не было слышно, словно он пуст. Вспомнил Шурка, что видел ключ в шкатулке у деда Сукача, но теперь уж было не до содержимого сундучка, надо было как-то выручать Яшку.

Из посёлка заключённые могли ускакать на лошадях только по «цыганской дороге», ну не направятся же они в сторону своего лагеря, где возможно путь к железной дороге до сих пор караулят. Сообщить по телефону в милицию смысл был, их перехватят, но ведь зеки, как только приблизятся к ближайшей деревне, лошадей бросят, и где их потом искать? Всё равно Яшку барон не простит, ему поимка беглых зеков «до лампочки». Надо лошадей спасать, а зеки – это уже другая забота. Но как их догнать, вот вопрос?
– Придумал, пацаны! – закричал от радости Шурка. – Мы их на вертолёте догоним. Не будем вертолётчику про лошадей говорить, а скажем про беглых зеков, скажем, что по закону он обязан их догнать.
– Так у него вертолёт-то не заведётся, один аккумулятор ведь на зарядку увезён. Да и горючки мало, – слышал ведь ты, Шурка, как он материл какого-то Петровича, – попытался я внести ясность в несостоятельность Шуркиной идеи.
Слегка задумавшись, не желающий проигрывать Шурка, стал иначе развивать свою идею:
– Яшка! У нас ведь есть одна лошадь? Сможешь, накинув вожжи на винт вертолёта, раскрутить его лошадью?
– Давай попробую, – безо всякого энтузиазма ответил Яшка, понимая, что никакого иного варианта нет.

Разбуженный среди ночи в своей кабине вертолётчик смотрел на нас как на последних идиотов. Какие-то зеки, какие-то кони, какие-то вожжи… И только, когда Шурка спокойно и кратко рассказал ему всю нашу историю и показал сундучок, лётчик стал спокойно рассуждать:
– Ну, предположим, что я вам поверил, что действительно по дороге в областной центр ускакали два зека, да только как мы заведём вертолёт? Я такого и в жизни своей не припомню, чтобы с «буксира» двигатель вертолёта можно было завести. У машины оно понятно, там кривым стартёром спокойно он заводится. Но вертолёт ведь не машина. А хотя, давайте попробуем – заводили же в старину самолёты, руками раскручивая пропеллер. Ну, допустим, заведём мы вертолёт, допустим, догоним зеков, а как мы их остановим на лесной дороге? Вслед за ними лететь будем? Так у меня горючки на полчаса лёту осталось, грохнемся мы с вами на таёжной дороге, только лопасти по лесу зашуршат, а от нас кусочки на деревьях повиснут. Нет, ребята, не полечу я с вами, уж не обессудьте.
И тут вновь Шурка чуть не закричал от вспыхнувшей в его мозгу очередной идеи:
– А я знаю, как их остановить! У тебя, дядя, кусок солидола найдётся? Мы возьмём два улья, летки в них закроем солидолом, а, догнав зеков, на них с вертолёта эти ульи и сбросим. Представляете, как пчёлы из разбитых ульев на жуликов набросятся!
И тут мы с Яшкой поняли тайный план Шурки: пчёлы набросятся не только на жуликов, но и на лошадей, а те, скинув зеков, рванут назад в посёлок, что нам и требуется.

Только-только рассвет начал золотить кромку леса, только-только птички начали свой дневной концерт, а у нас уже стояли в вертолёте два улья. Яшка связанными несколькими вожжами, зацепленными вдвойне, но не петлёй, за лопасть вертолёта начал по команде Николая Иваныча (так велел себя звать вертолётчик) скакать по кругу. После третьего круга двигатель вертолёта пару раз чихнул, и самостоятельно, скинув вожжи, винт начал неспешно вращаться. А уже через пару минут мы забрались в нутро вертолёта, который неспешно взмыл над поляной и, склонив нос к земле, резко, набирая высоту, рванул вдоль по «цыганской дороге». Через пять минут заметили мы внизу двух всадников едущих по лесной дороге. Николай Иванович кивнул Шурке, дескать, сбрасывай ульи, но Шурка, склонив к нему голову прокричал:
– Надо дождаться, когда они по болоту медленно поедут, тогда и сбросим ульи, чтобы зеки не ускакали от пчёл.
Шурка знал, что скоро начнётся длинное болото на дороге, где лошади замедлят свой бег. Вертолёт сделал круг над движущимися всадниками, которые заметались внизу, подгоняя лошадей, но заболоченная дорога заметно снизила их скорость. Шурка сбросил прямо на лошадей один улей и второй невдалеке по ходу их движения, вертолёт вновь ушёл на круг. Возвратившись к месту падения первого улья, мы увидели внизу весьма занимательную картину: лошади во весь опор мчались назад в посёлок, а зеки, упав лицом в болотную жижу, лежали неподвижно, а над ними кружилось тёмное облако пчёл из двух ульев. Николай Иванович, видя, что зеки живыми вряд ли останутся, решил спасти их. Крикнув Шурке, чтобы он выкинул из салона верёвочную лестницу, Николай Иванович стал управлять вертолётом так, что он почти вплотную завис над дорогой. Зеки видно сообразили, для чего им выкинули лестницу, и схватились за неё. Вертолёт взмыл над лесом, а Шурка закрыл дверь салона, оставив лестницу с висящими на ней жуликами снаружи.

Приземлившись на поляне у посёлка, увидели мы толпу бегущих к вертолёту людей. Зеки с распухшими лицами, с заплывшими глазами, молча сидели у колёс вертолёта. Не желая лишней огласки, мы рьяно покинули вертолёт, не забыв при этом прихватить сундучок. Все к вертолёту, а мы – в посёлок за ключом от сундучка. И каково же было наше разочарование, когда, открыв его, обнаружили внутри три толстые книги в кожаных переплётах и один серебряный крест. Книги, как потом нам сказал Николай Иванович, которому мы их отдали за ненадобностью нам, были церковные старообрядческие. А крест серебряный по взаимному согласию с Шуркой мы отдали Яшке, цыгане ведь серебро любят. А нам-то он зачем?

_________________
Земеля


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
 Заголовок сообщения: Re: ПРОЗА нашей жизни
СообщениеДобавлено: 29 июл 2019, 21:04 
Гуру

Зарегистрирован: 29 сен 2014, 11:56
Сообщения: 711
Есть над чем задуматься...
ЖАЛОСТЬ.

– А ты приезжай! – зазывал меня в гости бывший одноклассник, живущий в соседнем городке. – Посидим, чаю с тортиком попьём. Посмотришь, как я живу. А, правда, Картинка, приезжай!
"Картинкой" Вовка меня называл со школы. Не нравилось ему моё имя, Карина, вот он и подобрал рифму, так и вышло "Каринка-Картинка". Ну, Картинка так Картинка, другу детских лет прощалось многое. После одиннадцатого класса мы с Володей потерялись. И носили-трепали нас жизненные ветры по свету в поисках лучшей доли, но родные места не отпускали, звали и манили назад, в небольшой городок в северной русской глубинке.

Поразительно умна и проницательна судьба, разделяющая людей на года и соединяющая их, порой случайно и неожиданно, одним кликом "мышки" в сетях всемирной паутины. Там мы и нашлись. Бурный водоворот дружеского общения закружил нас, поглощая с головой, разделяя жизнь каждого на "до" и "после" этой виртуальной встречи. Безудержно лились взаимные откровения, чаяния и мечты. Взахлёб, перебивая, порой, друг друга, мы могли, забыв о времени, открывать души, изливать проблемы и делиться радостями. Вовка не любил рассказывать о семейной жизни и всегда умело обходил эту тему, ловко уворачивался, и тут же предлагал поговорить о чём-то другом. Вот и сейчас, приглашая меня в гости, он отшутился, когда я спросила о реакции его жены на мой приезд:
– Да всё нормально будет, Картинка! Вот увидишь! – но на миг в его голосе промелькнули непонятные грустные нотки. – Так ты приедешь?
– Приеду! – выпалила я, положила трубку и стала собираться.

Осенний день был щедр на последнее тепло. Чувствуя скорый приход крепких заморозков, природа скидывала редкие обрывки лимонно-рыжей листвы, укрывая цветной мозаикой грязь раскисших дорог и гладь бесконечных тёмных луж. Я бодро шагала на автостанцию, и моя душа ликовала, предчувствуя скорую встречу с человеком, которого я не видела долгие пятнадцать лет. И вот через час я вышла на конечной остановке небольшого провинциального городка. Молодой мужчина, стоящий в стороне, явно нервничал, оглядываясь и переминаясь с ноги на ногу. Я сразу узнала Вовку, улыбнулась и, помахав рукой, пошла навстречу.
– Привет, Картинка! – Володя по-мужски протянул мне руку, будто никогда в жизни не приветствовал женщин и, когда я подала ему свою ладонь, крепко сжал её, притянул меня к себе, хлопая по плечу. Меня смутило такое приветствие, но я ни жестом, ни словом не показала этого Вовке, боясь обидеть. Через минуту он выпустил меня из крепких дружеских объятий и просто стоял молча, улыбался и разглядывал меня, как картину. Неловкая пауза оттягивала момент приглашения в гости, казалось, что она будет длиться вечность. Володя, будто вспомнив о чём-то, посмотрел в сторону супермаркета, наклонился ко мне и протараторил:
– Ты постой тут немного, а я в магазин забегу. Ладно?
– Ладно ... – я опешила, вдруг почувствовав от него запах перегара, и даже слегка растерялась. Желание идти в гости пропало. Я не знала Володю таким. За всё время, пока мы общались, он был мил, галантен и обаятелен, а тут... Я с трудом нашла в себе силы, чтобы подавить волнение, пока ожидала его возвращения, шагая туда-сюда по тротуару возле остановки. Через несколько минут Вовка вышел из магазина, шурша полным пакетом, и махнул мне рукой. Еще минут пятнадцать мы, перепрыгивая лужи и грязь, добирались до его дома. Всю дорогу он молчал, крепко держа меня за руку, будто я собиралась сбежать. Да, не скрою, такая мысль меня посетила, когда я услышала звон стеклянных бутылок в пакете, и вспомнила старую поговорку о том, что «одна звенеть не может...». Но, до ближайшего автобуса в мой городок было четыре часа, да и идти мне было некуда, поэтому я, не сопротивляясь, шла за Володей.

– Заходи, заходи! — Вовка распахнул передо мной обшарпанную дверь, обитую коричневым дерматином. Я несмело шагнула за порог, и в нос мне ударил запах затхлости. Тесная прихожая встретила меня темнотой, и тут Вовка чуть слышно выматерился, наступив на игрушку, которая тут же протяжно запищала знакомую детскую песенку, и заоправдывался:
– Прости, Картинка! Давно надо лампочку вкрутить, да всё никак не соберусь.
Из комнаты выбежали дети: мальчик, лет семи, и девочка, чуть постарше, они окружили отца, вырывая у него пакет.
– Папа, папа! Ты нам чипсы купил? – дети тащили Володю туда, где горел свет, видимо это была кухня. Он оставил меня у дверей и, не снимая грязных ботинок, ушёл, сопровождаемый чадами, крикнув:
– Ты раздевайся, я сейчас!
«Боже! Какая грязь!» – с ужасом подумала я, когда сняла сапоги и ступила на пол. Даже сквозь тонкие носки я почувствовала, что он весь сплошь усыпан песком и мелким мусором. Вскоре появился Вовка, на ходу расстёгивая куртку, которую тут же бросил в угол. Туда же отправилось и моё пальто, я держала его в руках, не найдя свободной вешалки. Я, не дождавшись тапочек, на цыпочках прошла за ним в кухню.
– Садись за стол! – Володя указал на мягкий кухонный уголок, сиденье которого было заляпано жирными пятнами. – Я сейчас чайник поставлю. Он старался быть гостеприимным, радуясь моему визиту, но я заметила его скованность: руки дрожали, а движения выдавали неуверенность. Володя разрезал небольшой тортик и, смахнув крошки грязной тряпкой с выцветшей клеёнки, поставил передо мной большую чашку чая. Я брезгливо поморщилась, увидев её колотый край и запачканную ручку. Через несколько минут хозяин присел напротив, закончив накрывать на стол. Мы молча смотрели друг на друга, не решаясь заговорить.

Я нехотя ковыряла вилкой торт, мой чай остыл, так и оставшись нетронутым. Молчаливая пауза затянулась, да и что тут было говорить: я и так поняла всё сама. Тишину нарушили прибежавшие в кухню дети, они трясли пустыми пакетами из-под чипсов и жадно смотрели на торт.
– А ну, бегите отсюда! Катя, уведи Дениску, дайте нам с тётей поговорить! – Володя раздражённо прикрикнул на малышей, отправляя их играть в комнату. Мальчик заплакал, показывая пальцем на сладости и я, не выдержав, сказала:
– А давайте вместе чай пить! Тут на всех хватит!

Девчушка шустро прошмыгнула под столом и через секунду оказалась рядом со мной. Она уселась, болтая ногами в дырявых колготах, и схватила кусок торта. Денис последовал примеру сестры. Через пять минут от тортика не осталось и крошек, а довольные дети, перемазанные шоколадным кремом, убежали из кухни.

Володя, нервно поглядывая на часы, тарабанил пальцами по столешнице и, по-прежнему, молчал.
– И давно ты так живёшь? – я первая осмелилась завязать разговор. – Где твоя жена?
Вместо ответа, Володя резко встал, чуть не уронив табурет, и вынул из пакета бутылку.
– Ну, ты, Картинка, как хочешь, а я выпью! – одноклассник выплеснул чай в раковину и, резко выкрутив пробку, налил себе водки. Володя, выпив одним глотком налитое, громко стукнул пустой кружкой по столу, с хрипом выдохнул и поморщился. – А вот, слушай, как живу.
История его жизни поразила меня, заставив задуматься о ценности человеческих отношений, их значимости и хрупкости...

– Дениске тогда исполнилось два года, Кате четыре... – начал свой рассказ Володя. – Жена сидела дома. Она, конечно, пыталась найти работу, но, то ли мизерная зарплата была причиной, то ли просто нежелание работать, но на все предложения она отвечала отказом. Просила меня потерпеть – мол, проживём как-нибудь, выкарабкаемся. И я тянул! Работал за двоих, искал временные шабашки, старался обеспечить семью, как мог. А она вскоре стала грызть меня – мало ей, видите ли! Жизни красивой захотелось! Помню, как домой с работы идти было противно и слушать её унизительные выкрики о том, что не мужик я, не добытчик, а тряпка... Ну и пристрастился тогда к спиртному, спал в гараже, дома неделями не появлялся. Так и жили. А вскоре она объявила, что уходит, что нашла лучшую долю, и будет жить в любви и достатке. Я думал, что детей заберёт, и с горя в запой ушёл. А через три дня меня соседка в магазине увидела и говорит:
– Вовка, ты, где шляешься? Не стыдно? У тебя дети голодные ревут, на весь дом слышно. Дашка-то твоя с чемоданом в чужую машину прыгнула и укатила невесть куда, а ты на стакане сидишь! Шёл бы ты домой, а то соседи уже милицию хотят вызывать.

Меня тогда будто бритвой по рёбрам полоснуло! За голову схватился, когда детей на пороге увидел: маленькие, грязные, беззащитные... А шкуру эту не прощу никогда! На развод подал, а от детей она сама отказалась. Пять лет прошло, так и живём. Если бы не матушка моя, то совсем бы туго пришлось. Я всё для них! Но пить не бросил... Не могу! Веришь, как тошно иногда бывает, хоть волком вой. Только водка и спасает. Знаю, не дело это: детям мать нужна, ласка, забота. А что я дам? Ухожу рано, возвращаюсь поздно. С работы, бывает, ноги еле притащу, быстро ужин сварганю – пельмешки или макарошки с колбасой, накормлю их и спать. А они сказку просят...

Скупые мужские слёзы текли по загорелым небритым Вовкиным щекам. Он, стыдясь, смахнул их широкой ладонью, опрокинул очередную порцию спиртного и спросил:
– Презираешь меня, Картинка?
Что я могла на это сказать? Похвастаться, что живу лучше всех, люблю и любима, что муж золотой, а дети умные и талантливые? Мало ему горя ещё... И я молчала, шокированная такими откровениями. А он сидел рядом, как и раньше, так близко, словно за одной школьной партой, будто отголосок той счастливой юности, где нет места для взрослой боли и извечных житейских проблем. Он сломался, как тонкая ветка под напором ураганного ветра. Нет больше Вовки – того весёлого, милого, бесшабашного бунтаря и заводилы. Всё, что от него осталось – это глаза, пронзительные и грустные, остальное – панцирь, щит от реальности, жалкая пьяная оболочка, поглотившая ранимую душу, заключив её в дрожащий рыхлый кокон.
– Володя, Володь... – моя ладонь легонько коснулась плеча сидящего за столом мужчины. Вовка опустил голову на скрещенные руки, сгорбился и затих. На столе стояла недопитая бутылка водки и нетронутый кусок торта. – Володя, мне пора. Я пойду.
– Картинка, ты куда? Не уходи...
Он схватил меня за руку, и прижался лицом к запястью. В пьяном угаре Вовка начал страстно целовать мои руки и наткнулся на обручальное кольцо. И тут его словно подменили:
– Беги! Беги, …, в свою тёплую уютную квартирку, к любимому мужу, к детям! – пьяный бред раскрыл его настоящую сущность. Вовка, теряя над собой контроль, перешёл на крик.– Ты точно такая же, как все! Никому нет дела до меня! Никому!
Тяжёлый кулак с размаху ударил по столу. Бутылка упала и содержимое её разлилось.

Я спешно оделась, теряясь в потёмках узкой прихожей, и вышла на улицу, тихонько прикрыв за собой дверь. Из квартиры доносились Володины крики.
«Скорей, скорей отсюда, – подгоняла я себя, ловко перепрыгивая лужи. – Вот он и выпустил своего зверя, обнажил нутро. Что он с собой сделал? Во что превратил свою жизнь? Даже дети не удержат его от пьянства, он уже давно сам всё для себя перечеркнул».
Ранний октябрьский вечер докрасна распалил закатное зарево, предвещая морозную ночь и новый солнечный день. Я поёжилась, потуже затянула шарф и посмотрела на часы. До автобуса оставалось десять минут.
« Жаль, что всё так закончилось...» – перебирая моменты уходящего дня, думала я. Странное чувство давило меня изнутри: грусть, тревога, боль, сочувствие или жалость – я не знала, как это назвать. Пожалуй, да, именно жалость! Большего Вовка не достоин.

Уже в автобусе, пряча билет и сдачу в кошелёк, я заметила забытый в сумочке белый конверт, который везла именно ему, славному и доброму парню, любимому однокласснику: это были школьные фотографии. Дорога домой была долгой, и я нашла, чем себя занять: чёрно-белые фотоснимки грели душу, напоминая о лучших годах нашей жизни. Нечаянные слёзы на моих глазах стали невольной слабостью, на которую женщины списывают многое, что касается их ранимой сущности.
« Вот мы в походе, чумазые и уставшие. А вот на классном вечере! Мама сшила платье специально для этого события. Танцуем с Вовкой, в первый раз. – Фото вернуло меня в далёкое прошлое. – А вот на торжественной линейке в честь начала учебного года, такие серьёзные, такие юные. И на выпускном, счастливые и свободные! И, казалось тогда, весь мир перед нами, все дороги открыты, миллион возможностей, стоит лишь шагнуть в верном направлении…»

«Пусть он останется для меня таким навсегда ... – указательный палец легко коснулся фигуры стройного высокого юноши с тёмными кудрями. – Я бы хотела, как и раньше, испытывать к нему самые тёплые, самые светлые чувства. Жаль, что эта встреча оставила такие неприятные воспоминания и жалость. Просто жалость. И ничего больше...»
Ирина Некипелова.

_________________
Земеля


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
 Заголовок сообщения: Re: ПРОЗА нашей жизни
СообщениеДобавлено: 06 авг 2019, 18:15 
Гуру

Зарегистрирован: 29 сен 2014, 11:56
Сообщения: 711
Может будет интересно?
Викторина: Август в искусстве

1. Этот известный русский писатель, родившийся 9 августа 125 лет назад, знаком нам по фильму Леонида Гайдая «Не может быть».
А. Алексей Булгаков;
Б. Михаил Зощенко;
В. Евгений Шварц;
Г. Валентин Катаев.

2. Из сочинений этого русского писателя, философа, музыкального критика, родившегося в августе 215 лет назад, нам наиболее известна сказка «Городок в табакерке».
А. Владимир Одоевский;
Б. Милий Балакирев;
В. Вильгельм Кюхельбекер;
Г. Александр Писарев.

3. Автор песни «Август», в которой есть такие слова:
«Скоро осень, за окнами август,
От дождя потемнели кусты.
И я знаю, что я тебе нравлюсь,
Как когда-то мне нравился ты».
Б. Инна Гофф;
И. Марина Цветаева;
Л. Анна Ахматова;
У. Маргарита Агашина.

4. Автор стихотворения «Август», в котором есть такие слова:
«Он и праведный, и лукавый,
И всех месяцев он страшней:
В каждом месяце, Боже правый,
Столько праздников и смертей».
Ь. Анна Ахматова;
Ш. Игорь Северянин;
Я. Бэлла Ахмадулина;
Р. Александр Фет.

5. Какая из этих строк принадлежит Валерию Брюсову:
Ц. «Вот и летние дни убавляются. Где же лета лучи золотые?»;
Ш. «Выйди в сад… Как погода ясна! Как застенчиво август увял!»;
Э. «Как ясен август, нежный и спокойный, Сознавший мимолётность красоты»;
Е. «Август милый! Отрок смуглый! Как и мы, ты тоже пьян».

6. Этот писатель, детство и юность которого прошли в городе Вятка (ныне Киров) родился в августе. Ему принадлежат слова «Лелейте мечты… запрещать мечту – значит не верить в счастье, а не верить в счастье – значит не жить»
Р. Владимир Короленко;
О. Александр Куприн;
К. Вениамин Каверин;
Л. Александр Грин.

7. Как называется фильм, снятый по роману Владимира Богомолова «Момент истины»
Е. « В августе 44-го»;
Д. «Холодное лето пятьдесят третьего…»;
И. «Белые росы»;
З. «Красная площадь».

8. 15 августа 1787 года родился этот автор знаменитого и любимого миллионами романса «Соловей»
А. Александр Глазунов;
Л. Александр Пирогов;
И. Александр Бородин;
Т. Александр Алябьев.

9. 9 августа 1942 года прозвучала эта симфония Д. Шостаковича в блокадном Ленинграде. Концерт транслировался по радио, и его услышал весь мир.
И. «Казнь Степана Разина»;
Ь. «Набат»;
Н. «Ленинская симфония»;
О. «Ленинградская симфония».

Сложив номера-буквы правильных ответов викторины, вы узнаете, что нас ждёт после августа (может быть).

_________________
Земеля


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
 Заголовок сообщения: Re: ПРОЗА нашей жизни
СообщениеДобавлено: 07 авг 2019, 08:26 
Гуру
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 15 ноя 2010, 15:02
Сообщения: 2670
На это время у меня отпуск, если главные персонажи этого лета не воспрепятствуют.


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
 Заголовок сообщения: Re: ПРОЗА нашей жизни
СообщениеДобавлено: 20 авг 2019, 15:38 
Гуру

Зарегистрирован: 29 сен 2014, 11:56
Сообщения: 711
БЕССОВЕСТНАЯ.

Начало апреля выдалось солнечным и ярким. Рыхлый снег давно исчез, оставив после себя многочисленные лужи и непролазную грязь. Но тёплые, весенние ветры, ежедневно навещавшие небольшой городок, высушили широкие улицы, превратив бурое глиняное месиво в пыльную твердыню. Подслеповатое солнце нещадно палило, заставляя людей, изнывающих от непривычной жары скидывать тёплые, не по погоде куртки, и менять резиновые сапоги, незаменимые при весенней слякоти, на лёгкие сандалии.

Лена, хрупкая миловидная студентка с выразительными голубыми глазами и мальчишеской стрижкой, с облегчением выдохнула, покидая переполненный автобус. Оглядевшись в поисках дороги, ведущей от автовокзала в город, она поправила тонкий ремешок сумочки, подхватила небольшой чемодан и отправилась искать нужный адрес.

Ленина тётка жила где-то на окраине. Накануне, сбивчиво и торопливо объяснив племяннице по телефону, как и куда нужно идти, Мария Васильевна спешно распрощалась, торопясь с обеда на работу, и пожелала девушке лёгкой дороги. Лена, проблуждавшая целый час между похожими друг на друга пятиэтажками в поисках тёткиного дома, поняла, что заблудилась. Расстроенная девушка, выйдя вскоре на широкую асфальтовую улицу, присела на чемодан, чтобы отдышаться.

Гулкий рёв приближающегося мотоцикла нарушил тишину. Парень в чёрном шлеме резко затормозил:
– Ты что, потерялась?
– Потерялась... – уставшая девушка безразлично взглянула на мотоциклиста.
– Садись, подвезу!

Через секунду шлем висел на рычаге, а симпатичный сероглазый блондин, улыбаясь, протянул Лене руку. Боже, как он был хорош: длинная светлая чёлка, зачёсанная назад, аккуратно выбритые виски, гладкие загорелые щёки с милыми ямочками. А взгляд? – глубокий, бездонный, как тёмно-серый омут магического колодца, окутанного тайной и манящего исполнить всё заветные желания.

– Вот адрес, – Лена спешно вытащила из сумочки измятый тетрадный листок и, протягивая его парню, на секунду замерла под его пристальным взглядом. Она зябко поёжилась, забыв о жаре, её тело мелко задрожало, выдавая волнение и интерес,
– Я к тётке приехала. Буду в вашем городе практику проходить.

Через десять минут Лена стояла возле старенькой пятиэтажки, поправляя растрёпанные ветром волосы.
– Ну, спасибо тебе! – девушка робко подала руку своему спасителю, ожидая, что тот снимет шлем и она ещё раз увидит его красивое лицо. Но парень лишь слегка приподнял защитное стекло шлема, будто боясь быть замеченным.
– Не теряйся больше, Красота! – блондин, не вставая с железного коня, притянул Ленку и шепнул на ухо. – А если и потеряешься, то я тебя найду!
Он озорно подмигнул, опуская стекло, и, рванув газ, исчез в клубах пыли и белого дыма.
– Как тебя зовут? – Лена, едва успев отойти от крепких объятий, крикнула вслед. Свозь мотоциклетный рёв она с трудом расслышала ответ:
– Ромка!
Лена, сияя от счастья, задумчиво улыбнулась, отпуская частичку души вслед за мотоциклистом, мечтая снова его увидеть. В её трепетном девичьем сердечке поселилась маленькая надежда на роман с загадочным, таинственным Романом...

Тётка Мария чаёвничала у окна, ожидая племянницу. Шум мотоцикла привлёк её внимание. Она торопливо вышла на балкон, и, узнав в подъехавшей девушке Ленку, приветливо закричала:
– Леночка, с прибытием, девочка моя! Поднимайся скорее! Чай будем пить!

****

"Цифры, цифры, цифры... – Лена скучала в бухгалтерском отделе небольшого предприятия, куда её устроила по знакомству тётка. Уже целую неделю девушка корпела над бумагами, набирая материал для отчёта и дипломной работы. – Ненавистные цифры, счета, накладные и ведомости. И никуда от них не сбежать! А впереди ещё целых три месяца практики."

Стационарный телефон противно задребезжал, нарушив тишину кабинета.
– Здравствуйте! Бухгалтерия " Сельхозтехники" слушает, — негромко произнесла пожилая полная женщина в чёрной блузке.
– Здравствуйте, – мужской голос на том конце провода на минуту затих, выдерживая паузу, после чего попросил к аппарату практикантку.
– Леночка, тут тебя молодой человек спрашивает.
Лена удивлённо приподняла строгие очки в тонкой металлической оправе и, не поверив, переспросила:
– Меня?
– Тебя, тебя! – утвердительно кивнула старший бухгалтер и протянула девушке трубку.

– Алло... – Ленкин голос растерянно задрожал.
– Ну, привет, Красота! Вот я тебя и нашёл! – весёлые нотки в голосе звонившего заставили щёки девушки вспыхнуть густым румянцем. – Ромка! Ты?! – неожиданный крик радости заставил находящихся в кабинете женщин вздрогнуть и оторваться от калькуляторов.
– Поехали кататься, Красота! Я буду через пять минут у крыльца, выходи! Хватит в бухгалтерии киснуть! – Роман кинул трубку, и короткие нудные гудки забили в висок девушки, заставляя безоговорочно принять ультиматум и подчиниться сладкому внутреннему зову...

****

Поля, луга, бескрайние и зеленеющие, оставались позади... Ромкин мотоцикл, проворно преодолев перелесок, выскочил на асфальт. Справа Лена заметила небольшую деревеньку, укутанную лёгким невесомым облаком молодой листвы.

– Ну, вот, Красота, приехали! – Ромка, скинув шлем, поставил своего «коня» на подножку и, пошарив за дверным косяком, загремел увесистым замком.
– Это дом моей бабки, проходи.
Лена шагнула в сенцы, перепрыгнув гнилую ступеньку старого крыльца, и тут же попала в крепкие объятия Романа, из которых и не думала вырываться...

Часы надменно отмеряли время, подгоняя влюбленных оставить уютное ложе и оторваться друг от друга. Было начало пятого, когда Лена, разрумяненная и уставшая, нежно прильнула к Ромке.
– Мне пора... – девушка легко коснулась губами ямочки на его щеке, встала и, закутавшись в простыню, исчезла в кухне.
Роман, довольный и счастливый, нехотя натянул джинсы, в спешке оставленные на полу, лениво потянулся и распахнул створки окна, запуская в комнату свежесть весеннего дня. Он закурил, облокотившись о широкий подоконник, и задумчиво уставился вдаль.
– Ром! – звонкий голос девушки, донёсшийся из кухни, вернул парня в реальность. – Рома! Где у вас тут чай?

Лена хозяйничала на кухне, накрывая стол для чаепития. Пузатый электрический чайник пускал густой пар из тонкого носика, глухо хлопая крышкой.

Через полчаса Ромка подвёз Лену к тёткиному дому. Девушка, слезая с мотоцикла, наклонилась для объятий и поцелуя, но кавалер, не снимая шлема, отвернулся и скупо пробурчал на прощание:
– Давай не будем тут... Знаешь, сколько вокруг ушей и глаз, а мне такая слава ни к чему, понимаешь? Да и тебе...
Ленка ошеломлённо кивнула в ответ, при этом ничего не поняв, проводила глазами уезжающего Романа и направилась домой. У неё еще оставалось немного времени, чтобы привести себя в порядок до возвращения тётки Марии.

Вечером, ворочаясь в постели, Лена долго вспомнила слова любимого, пытаясь понять их смысл. Пылкое любовное свидание никак не складывалось с этим холодным прощанием.
Следующая неделя тянулась бесконечно долго. Девушка и думать забыла о работе. Она, вздыхая, мечтательно глядела в окно и ждала звонка Романа. Но парень не звонил...
Лена изводила себя грустными думами и долгим ожиданием, и, уж было, совсем отчаялась, как вдруг, на исходе второй недели Рома объявился.
И всё повторилось вновь: поездка на мотоцикле в глухую деревню, страстное и жаркое свидание, душевные разговоры за чаепитием и холодное прощание у тёткиного дома.

Теперь Роман приезжал за Леной ежедневно, вырывая девушку из скучных и однообразных будней. Они сбегали от всех, ища уединения, и наслаждались каждой минутой, проведённой вместе. Но, в маленьком городке, где все знают всё обо всех, и где новости разносятся моментально, эти встречи приезжей студентки и местного парня не остались незамеченными.

– Лена, а как у тебя на работе дела? – за вечерним чаем поинтересовалась Мария Васильевна у племянницы. – Старший бухгалтер что-то не больно тебя хвалит! Говорит, не внимательная ты, ленивая, и часто с обеда не появляешься в бухгалтерии. Правда ли?
– Что ты, тёть Мария! – заоправдывалась девушка. – Наговаривает она! Я только всего пару раз и отлучилась – голова болела. А работу я свою делаю, да и диплом почти заканчиваю, и отчёт по практике готов!
Лена яростно защищала себя всеми правдами и неправдами. Она намеренно лгала, но это была ложь во спасение: ложь, которая оправдывала влюблённую девушку, заставляя её не думать о насущном, вознося к высотам чувства, эмоции и инстинкты.

Спрашивая это, Мария Васильевна уже знала, с кем связалась Ленка. Об этом судачили в городке уже давно, и слухи были настолько отвратительными и грязными, что она решила лично узнать обо всём у племянницы. Но, то ли в силу характера, то ли по какой другой причине, вызвать Лену на откровенный разговор так и не решилась, отложив его до более удобного момента, молча вынося позор и осуждение горожан.

****

– Лен, а давай на танцы сходим! – предложила Света, девушка-статист из соседнего отдела, молоденькая, смешливая и кареглазая брюнетка. Света совсем недавно работала в "Сельхозтехнике", переехав из соседнего городка, и потому подруг у неё пока не было.
Весёлая и жизнерадостная, она задорно и звонко хохотала, услышав очередную шутку или комплимент в свой адрес от мужчин из конторы. Света знала, что красива, и умело использовала свои женские чары, чем выводила из себя всех женщин небольшого предприятия.

Одни считали её взбалмошной и ветреной, и потому старались не заводить с ней приятельские отношения, опасаясь за своих мужей, другие – просто завидовали эффектной внешности и независимости девушки, сетуя, что она не подходит под рамки общепринятых стандартов женских благодетелей: верности, доброты и порядочности. Так и слыла Светка одиночкой в коллективе, и, не найдя себе равных, гордо держала царскую планку, ниже которой опускаться не собиралась.

Вот и сейчас, сидя во время обеденного перерыва в небольшом кафе, Света, сделав это предложение о танцах, прихорашивалась, вытянув перед собой маленькое зеркальце, чем намеренно привлекала внимание компании молодых людей за соседним столиком.

– Ну, Лена! Да что с тобой? – Светлана откинула назад длинные тёмные волосы и отхлебнула остывший чай. – Ты сама не своя! Кислая, как вчерашние щи! Может, приболела? Или в бухгалтерии донимают?
Светка забросала Лену вопросами, пытаясь найти причину её переживаний.
– А, может, влюбилась? – брюнетка, улыбнувшись, хитро прищурила глаз, заметив как покраснела Ленка.
– Влюбилась! – девушка решилась обсудить свою проблему с более опытной в любовных делах подругой. – А он то пропадёт на две недели, то приезжает каждый день! И такое чувство, что скрывает что-то. А я и спросить не могу, извелась вся. А через неделю у меня практика заканчивается...
— Ой, дурочка! — Светка принялась поучать Лену, но парень за соседним столом отвлёк девушку, приветливо помахав ей рукой. Света улыбнулась в ответ, посылая незнакомцу воздушный поцелуй и снова принялась за уговоры:
— Да, никуда не денется твой принц, не ной! А тебе отвлечься надо! Так идём или нет на танцы?
— Идём! — выпалила Лена.

А после обеда в бухгалтерию позвонил Ромка и Лена пропала до вечера, позабыв про свои печали и простив любимому длительное отсутствие.

Окончание следует.

_________________
Земеля


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
 Заголовок сообщения: Re: ПРОЗА нашей жизни
СообщениеДобавлено: Вчера, 22:31 
Гуру

Зарегистрирован: 29 сен 2014, 11:56
Сообщения: 711
БЕССОВЕСТНАЯ.

Окончание.

— Господи, ещё эти танцы! — ругала себя Ленка, снимая бигуди, которые успела накрутить, вернувшись около пяти часов со свидания.
Девушка устала и была совершенно без сил, но не хотела подводить Светку отказом. Подруги договорились встретиться на крыльце городского Дома культуры. Лена, ожидая Свету, оглядывалась в поисках Ромки, она хотела устроить ему сюрприз своим появлением. Небольшой подарок ждал молодого человека, прячась в Ленкиной сумке.

Начало июля выдалось душное и пыльное. Летние дождики совсем забыли городок, обходя его стороной, и поэтому молодёжь предпочитала отдыхать не только у реки, но и в прохладных недрах каменного здания, благо танцы в Доме культуры устраивались ежедневно.
— Ленка! Вот ты где! — Светка, нарядная и весёлая, легко вспорхнула на высокое крыльцо, пробираясь сквозь толпу к подруге. — Пойдём в зал, чего тут комаров кормить?

И вот уже бойкими цветными светлячками прыгает по стенам, задавая ритм, светомузыка. Диско-шар, резво кружа, отражает тысячами солнечных зайчиков луч прожектора, превращая танцевальный зал в сказочные декорации. Оглушительно громкая модная мелодия зазывает на танцпол зажигательным ритмом, раскрепощает даже самых скромных, делая их заводными танцорами. К полуночи на танцплощадке уже не протолкнуться, кажется, что весь город сбежался на зажигательные ритмы и ослепительные огни дискотеки.

Уставшие танцевать девушки вышли на воздух. Света изящно затянулась сигаретой, выпуская тонкой струйкой сизый сигаретный дымок. Лена заметила Ромку: парень шёл в компании друзей, весело болтая.
— Светка, смотри, вон мой! — девушка ткнула локтем подругу, когда молодые люди проходили мимо. Ромка, увидев Лену, сильно смутился, отвернулся, будто вовсе её не знает, и нырнул в дверной проём.
— Который? — Светлана заинтересованно рассматривала компанию, пытаясь угадать Ленкиного ухажёра.
— Да вон же, в голубой джинсовке, светлый, сероглазый.
— Ромка что-ли? — недоумение читалось в глазах Светы, она поперхнулась, подавившись табачным дымом, и громко закашляла. — Ромка! — нежно прошептала Ленка, торопя подругу с улицы. Ей хотелось поскорее обнять любимого. — А ты откуда его знаешь? — Лена подозрительно посмотрела на Свету, но та отшутилась, списав всё на своё женское обаяние и общительность:
— Да я тут всех знаю! — Светлана как-то ехидно ухмыльнулась, закатила глаза и дёрнула Лену за руку. — Пошли танцевать!

В шумной толпе танцующих Ленка увидела Романа. На её счастье объявили "белый танец" , и девушка решительно направилась в сторону возлюбленного, решив подыграть парню. Лена была уверена, что тот нарочно не подошёл к ней на крыльце, своей неприступностью решив позлить и раззадорить любимую.

— Молодой человек, разрешите вас пригласить? — Ленкино сердечко готово было вырваться из груди, так часто и гулко оно отбивало ритм, радуясь близости самого желанного человека.
— Девушка, извините... — Ромка грубо схватил за руку стоящую рядом полную девушку в очках, с тугим пучком чёрных гладко зачёсанных волос. Брюнетка пошатнулась от крепкого рывка и неуклюже поправила вышедшее из моды платье, обтянувшее её округлившийся живот. Спутница Романа последовала за кавалером в центр зала. Парень обернулся, надменно посмотрел на Лену и громко, перебивая мелодию, во всеуслышание заявил:
— Я танцую только со своей невестой!

****

" Невеста! Боже мой, почему он не сказал? — Лена шла по пустой улице и ругала себя. Именно ругала! Не жалела, не успокаивала, а ругала!
— Какая же я дура! Слепая и глупая дура! Можно было сразу догадаться, что Ромка что-то скрывает. Неспроста же он прятался под шлемом при прощании и вел себя на людях как чужой, и совершенно незнакомый человек. А я, наивная, влюбилась, не подозревая, что была просто игрушкой для него. Позор какой! Наверняка все знают про наш роман, осуждают и презирают меня, считая распутной девкой. А я же люблю его, люблю! Господи, больше жизни люблю! И как теперь с этим жить? Как тётке в глаза смотреть? " .

Через неделю Елена благополучно закончила практику и навсегда распрощалась с коллективом бухгалтерии. На минутку девушка забежала в отдел статистики, сообщить Светке, что завтра уезжает.
— Ну, давай, подруга! Счастливого тебе пути и успешной защиты диплома! — Светлана крепко обняла Ленку, и зашептала на ухо. — А у Ромки свадьба завтра, знаешь?
— Нет, не знаю и знать не хочу! — выпалила Лена, оттолкнула Светку и выбежала на крыльцо. Слёзы тёплыми солёными ручьями текли по раскрасневшимся щекам девушки. Она тщетно пыталась подавить в себе порыв истеричного крика, сбившегося в горле тугим и душащим комом.

— Ну, прощай, милая... — Мария Васильевна не пошла провожать племянницу до автовокзала и, опаздывая на работу с обеда, торопливо выставила Ленкин чемодан, запирая двери.
— Тётка Мария! — голос девушки дрожал. Лена понимала что нужно поговорить с тётей и повиниться в содеянном. А вот так, молча, сбежать было бы не по-людски. Лучшего момента просто и быть не могло.

В летний полдень у подъезда было пусто: вездесущие бабульки, сидевшие на скамье под тополем, разошлись по домам на послеобеденный сон, а дети, в надежде спрятаться от палящего солнца, убежали на речку.

— Ты же знала всё, тётка! Почему ты молчала, почему позволила мне оступиться? Почему не отрубила сразу все ниточки к нему? Я только неделю назад услышала, что он обручён...
— Девочка моя... — Мария Васильевна тяжело вздохнула. Она боялась этого разговора, давно знав о его неизбежности и необходимости. И сейчас, смотря на Ленку, которая так глупо пыталась оправдаться и найти ответы на тревожащие её вопросы, сердце женщины сжалось от боли.

Она и сама когда-то оказалась в подобной ситуации. И как же сильно она себя потом казнила за ветренность и беспечность. Мария вспомнила, как сломалась после долгих и мучительных угрызений совести, как не смогла больше никого полюбить, открыть душу и завести семью. Этот позор с её души не смыли ни слёзы, ни годы, ни молитвы. Слава гулящей заезжей девки, связавшейся с женатым мужчиной, и сейчас тяготила женщину, бежавшую по этой причине из родных мест, потерявшую связь с роднёй и живущую скромно и одиноко. Неужели коварная судьба приготовила схожую учесть и племяннице?

— Перестань, Лена! — тётка Мария взяла себя в руки и строгим командным тоном пригрозила расплакавшейся Лене. — Не смей себя винить! Слышишь! Плюнь! Забудь и отпусти! Пусть это останется на его совести.
Мария Васильевна раскраснелась, глаза её наполнились слезами. Она прижала к себе дрожащую Ленку.
— Мне ли не знать, что любовь с нами делает... Бессовестная она, любовь эта! Кидает в омут с головой и тони, девка, или карабкайся. Ей всё равно, любви-то этой, паскуднице, что дальше-то. Увязнет в сердечке занозой и сидит: давит, колет, гонит за тридевять земель к тому, окаянному, любимому, без которого и свет не мил. И не разбираешь уж: женат ли, свободен ли... Лишь бы с ним. Вот что делает любовь-то эта, бессовестная...

Не скоро Лена распрощалась с тёткой. Они сидели на скамейке у подъезда и изливали души, по-женски так, просто и искренне...
До отъезда автобуса оставалось два часа. Лена, гордо подняв голову, шагала на автовокзал. Девушке казалось, что каждый встречный плевал ей в спину и мысленно поносил самыми последними словами.

Свадебный кортеж остановился недалеко от церкви, мимо которой проходила девушка. Молодые фотографировались, пили шампанское и смеялись. Лена сразу узнала Ромку: высокий, статный, в чёрном костюме и белой рубашке. И рядом она, его жена : в скромном белом платье, которое ещё больше подчёркивало полноту и беременность.

"Счастлива ли она? — почему-то именно этот вопрос задала себе Елена, проходя возле молодожёнов. — Возможно и счастлива... Станет ему верной женой, нарожает кучу красивых детишек и будет до конца жизни с него пылинки сдувать. Будет... Я бы тоже сдувала..."

— Бессовестная! Проваливай из нашего города!— закричала подвыпившая пожилая женщина из окружения молодожёнов. Мужчины попытались успокоить вздорную даму, но та никак не унималась, извергая проклятия и оскорбления вслед девушке. А Лена, не обернувшись, словно эти слова адресованы не ей, гордо шла дальше, улыбаясь и ни о чём не жалея.

Конец. Автор Ирина Некипелова

_________________
Земеля


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
Показать сообщения за:  Поле сортировки  
Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 248 ]  На страницу Пред.  1 ... 21, 22, 23, 24, 25

Часовой пояс: UTC + 3 часа


Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1


Быстрые действия:
Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете добавлять вложения

Перейти:  

Powered by phpBB © 2000, 2002, 2005, 2007 phpBB Group
Русская поддержка phpBB