Текущее время: 17 дек 2017, 09:17

Часовой пояс: UTC + 3 часа




Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 90 ]  На страницу Пред.  1 ... 5, 6, 7, 8, 9
Автор Сообщение
 Заголовок сообщения: Re: Re: ПРОЗА нашей жизни
СообщениеДобавлено: 27 окт 2017, 18:50 
Гуру
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 22 ноя 2009, 09:25
Сообщения: 18715
Откуда: п. Рудничный
Валерий Павлович писал(а):
Дочь мне сейчас совет дала - ты говорит приписку не забывай - рассказ основан на вымышленных событиях.
А лучше больше про охоту и рыбалку пишите. Никто не засудит. ;)

_________________
Кто владеет информацией - тот владеет миром


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
 Заголовок сообщения: Re: ПРОЗА нашей жизни
СообщениеДобавлено: 04 ноя 2017, 15:07 
Гуру

Зарегистрирован: 29 сен 2014, 11:56
Сообщения: 428
Дверь.
Старик лежал на кровати и слышал, как снаружи открыли сначала верхний замок входной двери, потом нижний, затем дверь стали толкать руками, но когда поняли, что она закрыта изнутри на щеколду, стали неистово нажимать на кнопку звонка.
По характерным звукам работы ключей старик догадался, что за дверью была его дочь Галина – она всегда открывала замки осторожно, бережно, и старик гадал: то ли она боится напугать его, то ли хочет застать за каким-нибудь неблаговидным делом. Ключ же в руках сына двигался в замочной скважине всегда резко и уверенно.

Старику шёл семьдесят восьмой год, и после того, как его, неделю назад, выписали из больницы, он понял, что лечить его – только зря тратить время и деньги, и единственным занятием у него стало гадание – доживёт он до следующего дня или нет?
Теперь каждое утро, просыпаясь, осторожным взглядом осматривал он потолок спальни, стены, задерживался взглядом на освещённых робким утренним светом шторах, вспоминал какое-нибудь событие прошедшего дня, медленно поднимался с кровати, шаркающей походкой, опираясь на трость, шёл в большую комнату, там крестился на стоявшую в книжном шкафу икону Николая Угодника, и тихо шептал:
– Спасибо тебе, Господи!
Он был крещёным, носил нательный крестик, но верующим себя не считал; жалел, что не знает никаких молитв, а крестился потому, что чувствовал: приближался день его смерти, и кто знает, как там всё ему станется? И потому крестился так, на всякий случай.
− Кто там? – спросил старик, когда вплотную подошёл к двери.
− Пап, это я! Открывай быстренько!
− Женщина, Вы ошиблись дверью.
− Папа, прекрати свои дурацкие шуточки! У меня куча тяжёлых пакетов с продуктами. Ещё надо всё быстренько приготовить. Открывай!
– Женщина, если Вы имеете в виду своего отца, то сегодня ночью он умер.
– К-как это… умер? А Вы… кто?
– Я его бренное тело. Оболочка.
– А-а, вот в чём дело! Ну, я думаю, оболочке тоже питаться надо. Открывай, пап, я посмеялась.
Старик не отозвался.
– Отец, открывай! Кому говорю! Пошутили и будет!
Старик молчал.
– Папа, соседи услышат! Не поймут! Открывай немедленно! – потребовала дочь.
Старик молчал.
– Пап, ты что задумал? Я же чувствую, что ты за дверью. Открой, не пугай меня!
– Ты помнишь, как в Форосе упала в старый фонтан? − Старик сел на стоявший у двери ящик для обуви. − Тебе тогда было четыре годика.
– Помню… пап, ты в порядке?
– Ты сидела на широком каменном бортике, рассматривала плавающих в фонтане рыбок, потом потянулась к одной и свалилась в воду….
– Там в воде были две огромные трубы зачем-то…
– Мы с мамой сидели на скамеечке в метрах десяти, и когда ты исчезла из вида, я, как бешеный, рванул к фонтану, на ходу потерял шлёпанцы, о бетон в кровь сбил пальцы ног, и, когда подбежал, ты вдруг вынырнула по пояс из воды, встала на ноги и вся сырая, с какой-то травинкой на голове, сухим плачем запричитала: «Папочка, миленький, не ругайся, пожалуйста, не ругайся, пожалуйста!» Помнишь?
− Да….
− Я всё время думаю: почему тогда ты решила, что я буду ругаться? Я же никогда даже не сердился на тебя! Ты была у меня любимый ребёнок. Это потом, когда у нас появился Костик, я стал больше уделять внимание ему. Но тогда тебе было уже девять, и ты больше тянулась к маме….
− Всё равно, ты его любил больше! Дорогие машинки привозил ему из командировок, всякую электронику! И что получил взамен? Когда ты его видел в последний раз? Месяц назад?..
− Он мальчик и, к тому же, поздний ребёнок. Ты же знаешь, как долго мы его ждали. У мамы было три выкидыша….
− Пап, открой дверь, я позвоню на работу, что задержусь, и мы с тобой поговорим…
− … А то, что он редко навещает меня, так это у него работа такая, командировки частые… Дороги строить – дело непростое! А он – начальник, с него спрос большой!
− Ага, «командировки»!.. Он уже две недели, как дома, мог бы и навестить больного папочку! Или жёнушку свою, раскрасавицу, прислать, – пусть бы свёкру продукты потаскала…. А он, как приехал, сразу же с друзьями на неделю в лес умотал, лицензия на медведя у них, видите ли, пропадает…. Я вот сейчас позвоню ему! Пусть приедет и посмотрит на всё это…
Старик слышал, как Галина сложила пакеты у двери, отошла к лестнице и через секунду-другую вполголоса заговорила:
− Привет, братик! Вот, у папиной двери стою. С продуктами. Он меня уже минут десять не впускает. Воспоминания на него нахлынули. Через дверь разговариваем. По-моему, у нашего родителя крыша поехала. Давай приезжай… вместе будем…. Как не можешь?.. Ну, знаешь!.. Я тоже не железная!.. Вот сам приезжай и уговаривай…. А если он газ пустит?.. Ага! Эмчеэсовцы приедут, дверь выпилят, – и ничего…. А мы с тобой на весь город ославимся!.. Тебе это надо? Перенеси совещание! Губернатор…. Ну, смотри…. В общем, я тебя предупредила! Что с батей случится – на твоей совести будет!

Галина вернулась и тихо спросила в дверь:
– Пап, ты тут?
– Не приедет? – спросил старик.
– Совещание у него… губернатор проводит… Врёт, скорее всего! А-а, я поняла! Ты этот концерт мне из-за него устроил! Думаешь, он поведётся и прискачет! Ну и комбинатор же ты, папка!
– Хотелось увидеться с ним напоследок….
– Пап, я устала, у меня ноги болят! Прошу тебя, открой!
– Доченька, забери меня к себе. Или давай эту квартиру поближе к тебе поменяем. Ты же сама хотела так… Я по Вадику скучаю…. Ты не пускаешь его ко мне…
– Папа, мы с тобой на ту тему уже говорили. Давай сначала с твоими язвами на руках разберемся. Ты во дворе со всякими пьяницами общаешься, за руку здороваешься, в «домино» играешь, может, что заразное подцепил? А у Вадика кожа нежная! Боксёрские перчатки, что ты ему на день рождения подарил, пришлось отправить в мусоропровод, потому как у него от них меж пальцев краснота появляется. Так что вам с ним пока лучше не контактировать.
– Умру я скоро… Мать-покойница во сне часто приходить стала… Зовёт меня…
– Ой, прекрати, я уже слышу это не один год!.. Зима быстро пролетит! На лето опять увезём тебя на дачу! Будете с Вадиком на речке рыбу ловить…
– Не заберёшь.
– Ну что ты мне душу-то рвёшь, отец! И так жить тошно! Хоть ты меня пожалей!
Старик, опираясь на трость, встал, дрожащей рукой дотянулся до щеколды и отодвинул её.

Через два дня старик умер. В середине ночи его разбудила жгучая загрудинная боль, он попытался поднять руку, чтобы включить стоявшую на тумбочке лампу, но когда понял, что силы окончательно покинули его, и час смерти настал, тихо, едва слышно, позвал в темноту: «Костя… сынок…».
Автор Олег Филиппков.

_________________
Земеля


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
 Заголовок сообщения: Re: ПРОЗА нашей жизни
СообщениеДобавлено: 11 ноя 2017, 22:56 
Гуру

Зарегистрирован: 29 сен 2014, 11:56
Сообщения: 428
Васькин домовой.

Часть вторая. Кузьма шутит и веселится.

Как назло, погода с утра опять испортилась. Весь день с небольшими перерывами дождь вновь испытывал наше терпение. Ладно бы хоть клевало. Так нет же – и не клюет толком, и дождь не утихает, хоть и не льет, но моросит мерзопакостно. Хотели уж собрать пожитки, да домой восвояси дернуть. Но ближе к вечеру ветер стих, стало потеплее. Решили задержаться, тем более, сегодня день Рыбака, да и запасы до конца не прикончены. Что за запасы – думаю пояснять ни к чему? Так или иначе, но в шесть вечера, вся бригада вновь сидела в салоне УАЗика и настойчиво требовала продолжения банкета.
После неоднократных тостов за рыбацкое счастье и удачу, после крепкого словоизлияния в адрес погодных катаклизмов, в которых цивилизованные слова составляли, вряд ли, третью часть высказываний, бригада понемногу расслабилась, поняв, что есть в чем-то и прелесть непогоды. Торчали бы сейчас на берегу под атакой стай и полчищ враждебных кровососов, пялили бы шары на свои фидерные снасти в надежде изловить себе пропитание, как стая голодающих представителей высшего разума на планете Земля. А так – красота: в животе побулькивает согревающий душу и тело напиток, ни комаров тебе, ни мошек. Во всем есть своя прелесть, надо только уметь ее обнаружить. И вот на фоне этой расслабухи по нашей просьбе Василий продолжил знакомить нас с дальнейшим ходом общения с вновь обретенным корешем по имени Кузьма.
- Прошло, мужики, несколько месяцев с той ночи, когда явился мне Кузьма. Никаких явных признаков его присутствия не проявлялось ни ночью, ни, тем более, днем. Закрадываться стало смутное сомнение – а не сон ли это действительно был в состоянии неслабого испития. Но случилось тут забрести на наше крылечко кошечке бездомной. Невзрачная с виду, худенькая, да к тому же хвостик оказался у нее сломан, видать в собачьих зубах побывать ему пришлось. Ну и приютили мы со Светкой кошечку, стали имя ей придумывать да спорить: то ли Муркой назвать, то ли Найдёной. Однако оказалось при более пристальном взгляде, что имя Мурзик ей, кошечке то нашей, больше идет. Так и появился у нас пятый житель в доме, потому как родился у нас уже к тому времени наследничек Андрюша.
Мурзик оказался изрядным лентяем до лежебокой, мог по полдня лежать на своей подстилочке за печкой, куда он был прописан с первого дня появления в доме. Но что удивительно, не поверите мужики, порой вечером такие гонки устроит вокруг печки на радость Андрюшке, который с нескрываемым удовольствием смотрел на это кошачье развлечение и заливался искренним звонким смехом.
-Это Кузька развлекается, - так комментировала Светка выходки Мурзика.
А я и не пытался возражать, пусть будет Кузя, лишь бы Андрюшке да Мурзику в радость. А меня не трогает, и на том спасибо. Но стал я замечать порой, что как будто кто-то подшучивает надо мной. Ищу утром второй носок, ну помню, вечером рядом оба лежали возле дивана, но не могу во всей комнате найти. Похожу, похожу:
- Кузьма, поиграл и отдай, - прошу – на работу опаздываю. Загляну под диван – а он там лежит, пропажа моя. Так же бывало и очки свои, ну хоть убей – не могу найти:
- Кузя, хорош баловать, поиграл и отдай – глядь, а они на столе лежат, ну как я их мог не заметить. Шалости Кузины были безобидные, а как только появился в доме Мурзик, так и вовсе перестал Кузя обращать на меня внимание, а мне того и надо. Но вот вчера, мужики, признаюсь вам как на духу, опять вплотную столкнулся я с жителем моим сказочным. Уж не знаю и сам, верить ли самому себе, да только слушайте и не говорите потом, что не слышали.
Была вчера, мужики, так называемая купальская ночь, знаменитая тем, что в этот день празднуют все силы потусторонние свой день рождения, да играют свадьбы свои колдовские. Это уж сегодня утром Светка мне рассказала, когда я поведал ей о ночном приключении. Но всё по порядку расскажу. Случилась с матушкой Светкиной, тещей моей несравненной, болезнь душевная, захотелось ей понянчиться с внучком. Ну и ушла с вечера Светланка моя с Андрюшкой к ней в гости с ночевкой. А у меня еще с прошлой шабашки пузырек был припрятан в чуланке, вот и решил я повторить общение с Кузьмой, убедиться в его реальности существования. Ни про какую купальскую ночь я и не задумывался, да и не поверил бы, если бы кто-то попытался мне об этом рассказать, уж такой у меня склад мыслительный. Собрал я вновь стол, закуской обильной уставленный, туесок полуведерный бражки приготовил для Кузьмы, сгущенки да конфет прикупил в сельпо, рыбки минтая для Мурзика не забыл.
Чуть солнышко зашло, открыл я водочку, налил стопочку, Мурзику рыбку положил в плошку, в кружку напротив бражки плеснул, сгущенку открыл. Хлопнул стопочку, закусил, вторую налил. Не поверите мужики, так тоскливо стало одному пить, даже смеяться над собой не захотелось. Час наверно, не меньше в гордом одиночестве провел, если не считать Мурзика, который натрескался минтая и развалился на стуле для Кузьмы приготовленного. Взял я в руки гармонь свою, да начал тихонько наигрывать что-то заунывное. Склонил голову на гармонь, вокруг и не смотрю. Доиграл и слышу, в ладоши кто-то хлопает. Глянул за стол, так и окаменел – гостей полон дом, да все какие-то необычные, но нарядные, как на карнавал одетые. А в центре Кузьма восседает, его-то я сразу узнал по нашей прошлой встрече, только в тот раз он был поскромнее одет. А тут сидит, ну кум королю, косоворотка красная, жилетка ярко-синяя, бант красный на левой стороне красуется, штаны черные как уголь, а на ногах сапожки яловые блистают, голенища гармошечкой сложены.
- Здравствуй хозяюшко! Ты, Василий, играй, давай, играй, разминай руки. Тебе сегодня крепко потрудиться придется на инструменте своем, праздник сегодня у нас, веселить просим тебя честной наш народ. Вот только угостимся мы сейчас понемногу, да пойдем на лужок за село, тесновато у тебя в домике, а еще и братья лесные вскоре пожалуют, да глядишь еще кто, может, подвалит с болот да озер окрестных.
Сижу я, ни жив, ни мертв, «в зобу дыханье сперло», как говорил дедушка Крылов. Пальцы машинально по кнопочкам бегают, цыганочку выводят. А за столом галдеж стоит, туесок бражный уже пустой стоит. Кузьма ко мне вежливо так:
- Василий, плесни-ко нам, родимый еще по кружечке, сам прими зелья своего жгучего, да и пойдем на лужок косточки разминать.
Быстренько я в подпол слазил, еще туесок налил из корчаги, да второй захватил, чтоб лишний раз не лезть в подпол – бригада за столом не малая, одним туеском, вижу, не обойдется. Через полчаса вся бригада Кузина уже перешла на лужайку что за селом нашим. Усадили они меня на чурочку, Мурзик рядом со мной пристроился. Сами зажгли костер, начали прыгать через него, хоровод водить. Смотрю, потихоньку откуда-то из темноты ночной новые гости подваливают, один другого чуднее, но не сказал бы, что страшнее. Все приодетые, бороды расчесаны, волосы уложены на пробор. А я сижу и наигрываю мелодию за мелодией, благо много знаю заливистых да звонко – озорных. Раза три за ночь Кузьма мне похвалу высказывал, да лично наливал по стопочке, да и туесок мой с бражкой к утру тоже, смотрю, опустел.
Уж не буду я, мужики, подробно вам рассказывать, каких только уродов разукрашенных да принаряженных скопилось за полночь на поляне. Фильм «Вий» помните мужики, так вот весь этот сброд чем-то напоминал героев того фильма. Короче, страху я, мужики, натерпелся по самую нехочуху. Не присутствие Кузьмы, так к утру поседел бы я до корней волос своих кудрявых. Уж как только не отгонял он от меня нечисть женского пола, под утро даже кнут откуда-то взял, да особо нетерпеливую русалку так по плавнику хвостовому огрел, что с визгом та исчезла в тумане утреннем. А она, надо признаться честно, даже приглянулась мне, всё ещё помню её нежное щекотание и ласковые нашептывания на ушко.
Да что мужики долго рассказывать, но только как встало солнце, смотрю я по сторонам, ан нет никого рядом, кроме Мурзика, свернувшегося клубочком у моих ног. Рядом костер догорает, последний огонек пыхнул и потух. Туесок рядом стоит пустой, гармошка на коленях у меня. Сижу я весь в задумчивости глубокой, ничего сообразить не могу, то ли сон это был, то ли взаправду всю ночь нечисть лесную и домашнюю веселил? Вот тоже до сих пор понять не могу, а почему же пальцы то у меня до сих пор болят да дрожат с устатку.
Произнеся эти слова, Василий опять, как и не однажды за вечер, потер свои заскорузлые ладони. В задумчивости глубокой выпил налитые ему сто грамм и смял своим, одному ему присущим жестом, традиционную беломорину. Мы тоже долго еще не могли отойти от услышанного, хотя знали, что в умении выдумать что-либо необычное Василию равных ещё поискать.

_________________
Земеля


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
 Заголовок сообщения: Re: ПРОЗА нашей жизни
СообщениеДобавлено: 17 ноя 2017, 16:36 
Гуру

Зарегистрирован: 29 сен 2014, 11:56
Сообщения: 428
СОСЕДКИ

…Сверху, со шкафа, надув розовые пластмассовые щеки, таращит голубые глаза кукла Катька: аккуратные кудерышки, самодельная яркая блузочка, юбочка в складку… Мария Андреевна нашла на улице куклины голову и руки и пожалела бедную, пострадавшую от чьей-то малышовой любознательности, а может, бессердечности. Смастерила ляльку, обрядила в специально сшитую для нее одежку… и вот нарядная, заново рожденная Катька, от времени уже слегка покрытая пылью, благодарно глядит сверху.
И видит, как ее хозяйка утешает соседку Анастасию Ивановну – ту самую, которая много раз смеялась над Катькой, над ее прошлым – мол, в луже валялась, грязная, никому не нужная, – и над Катькиной хозяйкой, доброй и ласковой бабушкой Марьюшкой (так хозяйку зовет ее внучка-школьница) – мол, подбирает та всякую дрянь и в дом тащит, больно жалостливая… А сейчас вон рыдает на груди у бабушки Марьюшки: лицо красное, от слез опухло, глаза – щелочки, волосы некрасиво растрепались…
– Ну, хватит, хватит, Настасья, – гладит бабушка Марьюшка соседку по толстой спине. – Потоп у меня в квартире сделаешь, соседи снизу прибегут…
– За что, Мария Андреевна, за что мне все это? – размазывает по трясущимся щекам потоки слез Анастасия Ивановна. – Мужик сгинул ни за что ни про что… старший, Санюшка, в луже утонул среди бела дня… и последний, Коленька, вот уже год, как меня покинул… За что мне это-о!..
– А ты выбери время – сядь, подумай, все грехи свои вспомни и сходи в церковь на исповедь к батюшке, тебе легче будет, – приговаривает бабушка Марьюшка, поглаживая соседку.
Анастасия Ивановна резко выпрямляется, из покрасневших ее глаз-щелочек словно искры вылетели:
– Да там батюшка сам грешник, вон на какой дорогой машине разъезжает!
– Да ты ведь не к батюшке пойдешь, а к Господу, – увещевает ее бабушка Марьюшка.
– Не верю я в Бога! – сердится Анастасия Ивановна. – За что меня так наказал? Что я плохого кому сделала? Почему моих мужиков отобрал? И смерти-то у них у всех были – людям на посмешище!
И как-то сразу слезы ее высохли, щеки раскраснелись пуще прежнего, глаза загорелись гневно.
– Не верю!
– Так и я не верила, атеисткой была, учительницей… – бабушка Марьюшка оперлась локотком на край стола, улыбнулась задумчиво, словно не замечая соседкиного гнева.
…Мария Андреевна действительно учительницей была. После института вернулась в родную деревню, учила ребятишек – голодную послевоенную безотцовщину, преподавала им географию и биологию. Атеисткой была воинствующей: в свое время из материной избы все иконы повыносила. Верила только в науку и в школе атеизм преподавала. Директор увидел, что в аттестате у нее по астрономии «отлично», вот и велел атеизм вести. А мама плакала: «Накажет тебя Бог…»
Неисповедимы пути Господни. В возрасте сорока лет одним днем, одним часом изменила учительница биологии свои убеждения.
Отправилась она как-то летом в лес. Солнышко светит, птицы поют – благодать… На первый земляничный угор поднялась – их там семь было, таких, и видит: на самом верху угора пенек стоит, а на пеньке – вот чудо! – большая книга раскрытая лежит, на вид – церковная. А перед пнем на коленях молча бьет поклоны старец в бело-голубых одеждах, лицом светел и волосом сед. На груди крест висит, лицо серьезно и сосредоточенно…
Испугалась Мария Андреевна, домой кинулась. Правда, долго жалела потом, что ни о чем не расспросила дивного старца. С тех пор уверовала она в Господа. Вера эта сопровождала ее всегда: и в учительских буднях, и в борьбе с нарушителями экологии (ее класс за эту работу даже наградили экскурсией по Волго-Балту), и в бытность депутатом райсовета, и на посту инспектора по охране прав детства…
– Вот так, Настасья, – качает седой головой бабушка Марьюшка.
А Анастасия Ивановна опять завсхлипывала, зашмыгала разбухшим носом, тяжело заподнималась со стула:
– Пойду я домой…
«Домой» – это всего лишь из двери в дверь – пересечь площадку на этаже, и вот он, «дом» – двухкомнатная квартира, когда-то казавшаяся тесной для четверых, а сейчас опустевшая и от этого неуютная. Потому и бегает Анастасия Ивановна к бабушке Марьюшке каждый день да через день, с удовольствием сидит в ее крохотной комнатке, слушает соседкины «россказни» о былом – сама-то куда моложе ее годами. Посмеивается над ее причудами: Господи, лягушек любит бабушка, любуется на них, говорит, красавицы. Очумела совсем! Кедровую ветку в банку с водой поставит и нюхает: будто бы лечит ее запах этой ветки! А-ро-мат! А то вон куклу нашла на помойке, отремонтировала, платьев ей нашила, на шкаф посадила…
А и никого нет больше у Анастасии Ивановны. Не к кому ходить. Так уж получилось. Только Мария Андреевна да ее семья. Сын Володя когда чем поможет мужской работой по хозяйству, да и внучка Марьюшкина, Аленка, лишний раз улыбнется, поздоровается – все приятно.
…Анастасия Ивановна подошла к серванту, взяла в руки фотографию Коленьки…
Снова слезы потекли. За что, за что ей это? И все трое друг за другом сгинули. Как мать похоронила, так и потянулись родные мужики на тот свет один за другим. Сначала супруг, Аркадий Степаныч, нелепой смертью умер – в тещином доме за высокий порог запнулся, упал и убился. Через два года старший, Санюшка, в луже захлебнулся – шел в дождь по улице выпивши, поскользнулся да и прямо лицом в лужу… Ой, за что ей мука такая, за что-о?!. А год назад с младшим, Коленькой, на стройке работавшим, несчастный случай стрясся – кирпич на голову упал… Это надо же! И этот не по-людски!
Анастасия Ивановна застонала надрывно, стиснула зубы. Душа заходилась от лютой боли, обиды, от жалости к сыновьям и к себе. А пуще всего обида жгла – словно кусок раскаленного железа в груди ворочался…
Подошла к окну, потянулась к форточке, чтобы открыть ее, укололась о пыльный столетник, который колючим зеленым облаком клубился на подоконнике, льнул к оконному стеклу и уже почти вываливался из тесного горшка. Фу ты, разросся, как лошадина! Пересадить бы, да неохота браться…
А ночью ей приснился странный сон.
Она увидела себя в родительском доме. Поднималась по ступенькам крыльца, на самой верхней увидела брошенную куклу… Это же ее любимая кукла Катька, которую купил когда-то отец! Подняла куклу и, переполненная неожиданным, давно забытым чувством, крепко прижала к себе. Оглянулась сверху на двор. Вон там, у сарайки они с подружкой Танькой строили шалашик, в шалашике был стол из обрезка доски, два стульчика-чурбачка, окошко с занавеской из материного выцветшего платка. Когда Танька была занята, второй чурбачок занимала кукла Катька…
Она потянула на себя входную дверь, попыталась перешагнуть высокий порог (тот самый, за который запнулся ее Аркадий Степаныч). Не получилось почему-то. Она снова попыталась – и снова не вышло: ноги ее не слушались. Кукла мешала, она бросила ее на ступеньку. Цеплялась за косяки, но руки тоже не подчинялись ей. Мучительно долго она старалась преодолеть препятствие, но никак не могла.
И уже почти обессилев, она позвала с тоской:
– Ма-ама-а!
И на ее зов дверь изнутри на веранду распахнулась. Из дверного проема брызнул молочный, туманный свет, растекся белыми потоками по темным, щелястым доскам веранды. В его ореоле стояла мать – живая, молодая, красивая. Анастасия Ивановна из-за света не видела ее лица, но точно знала: мать улыбается, мать любит ее, не оставит в беде и сейчас поможет преодолеть этот жуткий огромный порог.
Мать протянула к ней руки.
– Настенька! – нежно прошелестел родной полузабытый голос.
Словно теплая волна окатила Анастасию Ивановну, и она начала тонуть в этой волне, захлестнувшей ее с головой.
– Ма-ама-а-а-а! – задыхаясь, закричала она. Вернее, пыталась кричать, но крик не шел, распирал грудь и глох в горле, лишь смешным натужным писком просачиваясь наружу, и от этого, казалось, грудь сейчас разорвется.
И вдруг все кончилось. Наступили покой и тишина. Анастасия Ивановна увидела над собой, на фоне огромного голубого купола небес озабоченное материнское лицо, знакомое до последней ямочки, до последней морщинки, и поняла, что лежит на земле. Рядом, прямо у виска качалась белая кашка-тысячелистник, источая резковатый, смолистый запах. А мать ласково гладила лежащую Анастасию Ивановну по волосам и не спускала с нее внимательного, заботливого взгляда.
– Как я соскучилась по тебе, мама, – прошептала Анастасия Ивановна, не узнавая своего голоса. Она действительно вдруг почувствовала, как не хватает ей в жизни искреннего материнского участия.
– Не уходи…
Но лицо матери стало удаляться, расплываться и таять в небесной голубизне. И на глазах стареть, превращаясь в то лицо, с каким оставила ее дочь в больнице – умирать.
…Анастасия Ивановна открыла глаза. За шторами оживал и не спеша расправлял розовые крылья погожий сентябрьский рассвет. Все ярче становились цветы на складках тюля, подсвеченного рассветным огнем.
Она, лежала, все еще наполненная покоем и тишиной из сна, и думала.
Да, ее вина огромна. И вряд ли искупима.
…Тогда, в больнице Анастасии Ивановне предложили забрать мать домой, сказав, что у той последняя стадия рака, что ничем уже не помочь и осталось ждать конца совсем немного.
Мать действительно была очень плоха. Не пила, не ела, не говорила, язык ее разбух от обезвоживания, еле ворочался во рту. Понимала ли она что-нибудь? Иногда взгляд ее становился осмысленным и страдальческим, но большей частью бесцельно блуждал по потолку. Приходилось постоянно менять под ней черные кровяные пеленки. Когда это приходилось делать Анастасии Ивановне (вообще-то этим занимались санитарки), она натягивала резиновые перчатки, чтобы не касаться голыми руками худого и больного материного тела и этих страшных тряпок. Зачем ради нескольких дней тащить весь этот ужас домой, в квартиру, где трое мужиков? Ничего страшного, если мать останется здесь, ждать уже немного. Да и они были против, чтобы теща и бабушка умерла в их квартире.
Так мать и отошла в мир иной на больничной койке, в холодной темной палате, где, кроме нее, никого больше не было – только две пустых кровати да материна, крайняя к дверям.
Мать перестала дышать ночью, а утром ее нашли уже остывшей и отнесли в морг.
Конечно, было жалко, что так получилось. Но зато похороны справили богатые и щедрые.
А потом начались несчастья…

…Анастасия Ивановна поднялась, умылась и, не позавтракав, поехала на кладбище.
Нашла материну могилку с простым деревянным крестом, засыпанную листьями соседних рябин, тяжело опустилась перед ней на колени и уронила голову на вытянутые руки. Лежала молча, ни о чем не думая, вдыхала запах опавшей листвы и не замечала, что из глаз текут обильные слезы.
Над землей разгорался сияющий осенний день. В кронах деревьев по-летнему звенели птицы, и их ликующий звон вплетался в мерный благовест, зовущий к началу службы в кладбищенской церкви. Под этот звон рябины роняли и роняли малиновые листья, и они, словно лепестки больших диковинных цветов, с тихим шелестом валились на землю и на спину Анастасии Ивановны…
Автор: Ольга Кульневская.


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
 Заголовок сообщения: Re: ПРОЗА нашей жизни
СообщениеДобавлено: 02 дек 2017, 17:24 
Гуру

Зарегистрирован: 29 сен 2014, 11:56
Сообщения: 428
Влипли…

Часть первая.

- Похоже, Юрий, заблудились мы, - в очередной раз глядя на карту, произнес я тихим голосом, после двух часов безуспешного поиска квартальной просеки, по которой мы планировали выйти на узкоколейку.
- Достань-ка свой компас, загубил, вроде, я вчера свой.
Юра достал из бокового кармана рюкзака свой компас, и тут стало ясно, что движемся мы совершенно в противоположном направлении.
- Ну и чем, Палыч, объяснить сей фокус? - с нескрываемым недовольством спросил напарник.
- Чем, чем? Дурью моей, вот чем. Вчера докапывал картошку в этой ветровке, дочки со мной были. Костер я зажег, картошек им испек, а им играть чем-то надо, крутятся под ногами, помогать мне надумали картошку собирать. Больше в земле оставляют, чем в ведро кидают. А я тороплюсь: до темноты пара часов осталась, а надо еще пол гряды выкопать, да в подпол всё стаскать. Вот и не придумал ничего лучшего, чем фокус с компасом, который в кармане как назло тут подвернулся, им показать. Перекур решил устроить. Принес из дома магнит и картонку, положил компас на картонку, а сам снизу незаметно для дочек двигаю по кругу магнит. Стрелка компаса вытворяет под мои голосовые приказы вращение то в одну, то в другую сторону. Через минуту, под восхищенными взорами показал дочкам, в чем секрет. Упросили они меня дать им компас с магнитом и картонкой, да и убежали дурачить подружек. Через час прибежали довольные, вернули мне компас. Да только думаю, что за этот час сумели они перемагнитить стрелку.
- Ну и что мы сейчас делать будем, Сусанин? - задал мне очень и очень неприятный вопрос Юра.
- Да я и сам не знаю. Назад в балаган – до темноты дойти не успеем, ночевать придется на голодный желудок, все припасы наши в балагане ведь мы оставили. Слушай, Юра, а вот судя по карте и с учетом, что мы полдня шли на север, через пару километров поселок с колонией должен быть. Деньги у меня есть, зайдем в магазин, хоть пожевать чего-нибудь купим. Может, кто-нибудь и переночевать пустит, а нет, так в доме каком-нибудь заброшенном до утра перекантуемся. А завтра с утречка и рванем назад.
На том и порешили. Действительно примерно через час ходу послышался лай собак. Но, чтобы не привлекать к себе внимания, ружья, патроны и все остальные охотничьи причиндалы сложили в рюкзак, который припрятали в лесу, все-таки в поселке зона, а не пионерлагерь, да и, судя по карте, мы уже в соседней области, могут еще и за охоту не в своем охотхозяйстве привлечь.
Показавшийся вскоре на пригорке поселок, поразил нас своей необычностью: по периметру он был огорожен двумя рядами колючей проволоки, а единственный выход через мост был перегорожен шлагбаумом, рядом с которым стояла сторожевая будка, возле которой прохаживался часовой с автоматом. Внутри самого поселка виднелась еще одна зона, но уже со сторожевыми вышками по углам, на которых тоже виднелась охрана. Зайдя в поселок под пристальным взглядом часового, направились в магазин, расположение которого он нам озвучил. Смутное чувство тревоги нарастало по мере продвижения по поселку: все встречные жители недоуменным и подозрительным взглядом рассматривали нас и подолгу смотрели вслед. На наши приветствия никто даже слова не буркнул в ответ. На нескольких зданиях, скорее всего это были какие-то учреждения, висели красные знамёна, какие-то плакаты времен социализма красовались на их стенах. Остановившись перед входом в магазин, договорились взять продуктов и без замедления покинуть это сумрачное и неприветливое поселение, пока не сменился запомнивший нас часовой.
В магазине стояла небольшая очередь, человек пять, не больше. На наше «здравствуйте» никто, как и на улице, даже не среагировал, а, только взглянув в нашу сторону, опустили взгляды вниз и продолжали молча ждать своей очереди у прилавка. Непривычность тишины в магазине вновь поразила нас. Обычно в деревнях магазин - это своего рода место, куда люди ходят узнать свежие новости, поделиться впечатлениями, да просто поболтать и посплетничать о всякой ерунде и событиях. Но это было еще только начало наших загадочных впечатлений. Самое необычное из увиденного было то, что покупатели рассчитывались за товар советскими деньгами, да и ценники на товарах за витриной и на полках были с такими же номиналами. А на дворе уже был девяносто второй год, в стране уже прошла денежная реформа. Переглянувшись друг с другом, мы с Юрой сделали вид, что ничего необычного не заметили, хотя по его пристальному взгляду на передаваемые продавцу купюры я понял, что он в таком же, как и я недоумении. Набрав продуктов, я протянул продавщице тысячную купюру. Она взглянула на неё, так как глядит крестьянин на доллары. Повертев её в руках, она зачем-то посмотрела через нее на свет окна и, ни слова не говоря, положила её под прилавок. На наше «спасибо» мы вновь не услышали ни слова в ответ.
Чуть не бегом рванули мы с напарником на выход из этого неприветливого и загадочного поселка, где как будто замерла жизнь на годах развивающегося социализма. Часовой на выходе при нашем приближении, передернул затвор автомата и громко крикнул:
- Стой, стрелять буду!
- Ты что, земляк? Мы только что сюда зашли, какое ты имеешь право нас не выпускать? Мы что, нарушили что-то, здесь что, не русская земля? А ну не шути, а то отвечать придется тебе за незаконное задержание.
Но при дальнейшей попытке продвижения, вновь прозвучало предупреждение и выстрел в воздух. Поняв, что солдатик шутить не намерен, мы отошли назад.
- Ну, что, земеля, похоже, что мы не только заблудились в пространстве, но и во времени. Мы, может, спим с тобой? Что делать то будем, через час стемнеет, где ночевать-то будем?
Но дальнейшие наши рассуждения были прерваны бегущими с автоматами бойцами, которые поспешили на выстрел караульного. Через несколько минут под конвоем мы были препровождены в комендатуру поселения. На все наши вопросы о том, за что нас задержали, что за чертовщина творится вокруг нас, мы ничего не услышали. Солдаты не разговаривали ни между собой, ни с нами.
Примерно через час, опять же под конвоем нас завели в зону, обыскав на вахте и, забрав деньги и рюкзак с едой, доставили в кабинет начальника лагеря. Впервые за несколько часов мы услышали человеческую речь, чему были несказанно рады. Правда радость слушания этой речи оказалась хуже любого молчания.
- Ну, здравствуйте, нежданные гости. Готов с большим вниманием послушать, как и зачем вы забрели в такую глушь, какой ваш интерес в этом посещении? Сбивчиво, начал я, как более старший по возрасту, описывать наше похождение, всячески скрывая наличие второго рюкзака за пределами поселка. Но майор, начальник колонии сразу же раскусил меня и изрек, не желая слышать дальнейший трёп, что второй рюкзак ему, как и нам уже не пригодится. И тут я, да и Юра, вероятно, тоже поняли, что майор не шутит, что выход из зоны нам не светит.
- А сейчас слушайте, хлопцы, меня внимательно. Ни в какое прошлое вы не попали. Действительность такова, что поселок этот считается по всем документам брошенным, со всеми жителями и солдатами охраны у меня заключен контракт на два года. Одним из пунктов этого контракта является отсутствие всяческого общения с окружающим миром. С заключенными существует договор, что по истечении двух лет безупречной работы на лесозаготовке они получат условно-досрочное освобождение. Офицерский состав набран мною из родственников и проверенных друзей, которые, конечно, знают о прошедших изменениях в стране, что прошла денежная реформа Гайдара и Ельцина, что социализма как такового уже нет, что нет уже и Советского Союза. Но наша цель, пользуясь этой ситуацией, «срубить деньжат», не нарушая уголовный кодекс. Никто посторонний в нашу глушь попасть не может, потому как единственная дорога сюда имеет три поста охраны. А вы чудом смогли пройти сюда из соседней области, и в том, что вы заблудились, я нисколько не сомневаюсь, как и не сомневаюсь, что вас не будут искать в этой стороне. До конца действия контракта с жителями осталось менее года, придется вам это время скоротать в зоне, а потом, как говорится, сматывайтесь на все четыре стороны. Выпустить вас сейчас я при всем своем желании не могу, во-первых что-то вразумительное в свое объяснение вы не сможете сказать никому, а подставлять себя и всех моих соратников ради вашей свободы под удар я не намерен. Побег устраивать не думайте, отсюда и в лучшие времена никто не сбегал, а сейчас и подавно. Рассказывать о переменах в стране не вздумайте, среди заключенных очень, повторяю по слогам: «о-чч-ень» много доверенных моих «ушей». Заключенные за свой труд получают большие деньги, естественно в советских рублях, хорошо отовариваются на них в зоновском магазине, откладывают их на будущую свободную жизнь. Не надо портить им настроение, не так ли молодые люди? Ну и чтобы не было у вас лишних вопросов, поясню, что выход «на большую землю» есть только у меня и моих друзей, где мы продаем заготовленный и сплавляемый по реке лес, естественно уже на новые деньги.
Закончив свою речь, майор приказал отвести нас в гостиничный домик, который стоял уже несколько лет непосещаемым по причине вполне понятной, где мы, наведя порядок, сели за стол на совещание по поводу весьма и весьма незавидному положению и выработки плана дальнейших наших действий.
- Ну и влипли же мы с тобой, друг мой Юрий. Комичней и трагичней ситуации в дурном сне не увидишь. Ну и жучара же этот майор, надо же, как красиво все придумал: и овцы целы и волки сыты. Пока сидим здесь, дома нас похоронят, это уж как пить дать. Сколько слез зря прольется. Да еще и под знаком вопроса благополучное наше возвращение. Пустит какой-нибудь газ жучара майор, и будем лежать здесь со всей зековской бригадой под красными флагами с карманами набитыми советскими рублями до судного дня. В общем, Юрий, мое предложение такое – бежать нам надо отсюда, и чем быстрее, тем лучше, пока зима не наступила.

_________________
Земеля


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
 Заголовок сообщения: Re: ПРОЗА нашей жизни
СообщениеДобавлено: 03 дек 2017, 20:32 
Гуру

Зарегистрирован: 29 сен 2014, 11:56
Сообщения: 428
Часть вторая. Рывок.

Не откладывая дело в долгий ящик, начали мы тут же продумывать план побега. Но все известные нам способы требовали длительной подготовки и по причине этой длительности нам не подходили. Не придумав ничего путного, решили пару дней посвятить ознакомлению с обстановкой и окружающим нас «контингентом». Вечером пришел к нам «в гости» майор с бутылкой коньяка. Продукты вместе с рюкзаком, отобранные при входе в зону нам принес солдатик вскоре после нашего «заточения» в гостевой домик. Майор оказался не таким уж сумрачным типом, как показалось нам при первой встрече. После нескольких стопочек нам стало известно, что звать его «Михалыч» - так он нам представился, и что он даже знаком с моим дальним родственником, начальником колонии - поселения Матанцевым. Семья Михалыча проживает в Украине, откуда он и сам родом, да и вся практически его команда подельников по лагерному бизнесу. Нескрываемо гордился он собственноручно придуманным планом выкачивания денег из ситуации с денежной реформой. По ходу разговора мы тоже рассказали о своих судьбах и жизненных интересах. Особо обрадовался Михалыч, узнав, что мы оба электрики, причем с немалым стажем и высокой квалификацией.
- Проблемы у меня, парни, большие с электричеством. Два сидельца у меня есть, которые в электрике слегка шарят, но толку от них – только лампочки менять могут. А у меня резервный дизель – генератор еще полгода назад крякнул, не выдает напругу, хоть ты что с ним делай. Повреждена была обмотка возбуждения, мне ее на заводе перемотали, собрали мы генератор, а он, собака, перестал возбуждаться, скорее всего, когда погорела обмотка, тогда и из-за этого и вышел из строя регулятор напряжения. Возьмитесь, мужики, доведите до ума генератор, премиальные выпишу огромные.
- Ага, в советских рублях – съязвил я Михалычу.
- Да я серьезно, мужики, новыми – тысяч по двести каждому отвалю. А еще проблема, раз уж разговор зашел о генераторе, жрет этот дизель соляру немерено, а доставка товаров и горючки в поселок сплошная проблема, не дорога у меня, а одна сплошная колея пересеченная ямами да рытвинами. Сам-то я на «большую землю на моторке по реке гоняю. Может, возьметесь ветрогенератор смастерить? Поселок мой на горе стоит, да и вышка прямо в зоне топографическая имеется, если вы заметили. Ветра постоянно такие дуют, что даже летом ни комаров, ни мошек не бывает - сдувает их как с лысины вентилятором. Сладите ветряк – еще по пятьсот накину. На дембель долларами премию выделю. На волю выйдете олигархами – могу даже расписку написать.
Засунь ты эту расписку, знаешь куда? – чуть не вырвалось у меня, но вовремя прикусил я язык свой, зная его непредсказуемость в выражении «искренних» чувств.
- Ладно, Михалыч, завтра с утречка и начнем решать твои проблемы – успокоил я не в меру разошедшегося в словесном излиянии майора. Допив остатки коньяка, Михалыч отбыл восвояси, и мы тоже погрузились в сон, полагая, что утро вечера мудренее, как учит нас народная мудрость.
А интересно же мозг человеческий устроен, тело вроде спит, набирая жизненной энергии, а он продолжает анализировать увиденное и услышанное за день. Проснувшись довольно поздно, поделился я с Юрием планом побега, созревшим у меня во сне, в результате анализа трёпа Михалыча.
- Так, Юрий, сейчас перекусим и идем ремонтировать генератор, причину я уже знаю. У этих генераторов в индукторе есть свое магнитное поле и если направление этого поля не совпадает с направлением магнитного поля обмотки возбуждения, генератор не будет выдавать напругу. Врубился, друг мой закадычный? Надо поменять концы обмотки возбуждения и всё будет ладушки. Возле генератора мы потемним с недельку, а за это время нам надо досконально до последней мелочи продумать и подготовить план побега. А план предварительно такой. Не знаю, слышал ты или нет, что один мастеровитый зэк собрал на базе бензопилы подобие вертолета и перелетел через запретку? Конечно это байка, но мы с тобой эту байку модернизируем, и, я так думаю, сделаем её былью. Вчера Михалыч предложил сделать ветрогенератор, помнишь? Так вот мы закажем ему четыре электродвигателя, четыре винта от аэросаней, метров сто кабеля гибкого, пару аккумуляторов и частотный преобразователь. Думаю за пару дней, пока мы возимся с генератором, он нам это всё достанет.
Окрыленные идеей побега мы за пару часов запустили генератор, который под мерный рокот дизеля уверенно начал выдавать напряжение, но тут же мотор был заглушен, чтобы не нарушать видимость кипящего ремонта. Михалыч со списком необходимых для ветряка деталей умчался на моторке вдоль по Сысоле, с заверением, что завтра вечером все будет доставлено «по вновь намеченному плану». Через три дня из привезенных Михалычем запчастей был изготовлен летательный аппарат, который сейчас называют квадрокоптер, правда мы в то время такого слова и не слыхивали. Понимал я, что поднять двух товарищей не слабого телосложения, такой аппарат не сможет, потому и было сделано на базе электромагнитов выстреливающее устройство, использующее свойство отталкивания одноименных полюсов электромагнитов при подаче постоянного напряжения в их обмотки. Михалычу, который, как оказалось, имеет незначительные познания в электротехнике, пришлось втереть уши, что это одна из деталей колебательного контура для поднятия частоты ветряка при слабом ветре. Через неделю все подготовительные работы были закончены, оставалось ждать подходящей ночи с сильным ветром и желательно дождем, чтобы осуществить «рывок» на волю.
И вот, буквально через два дня, погода стала хмурить под вечер, стал накрапывать дождь, поднялся ветер. Тянуть дальше уже было некуда. Проработав мысленно все детали побега, мы с Юрием «присели на дорожку», и, пожелав друг другу удачи, одев монтерские пояса, прикрепились к раме «квадрокоптера». В руках у меня был пульт управления, к двигателям подключен кабель подачи питания двигателей.
При нажатии на первую кнопку запустились все четыре двигателя, нажатие второй кнопки выключило пускатель охранного освещения лагеря, от нажатия третьей кнопки сработало выстреливающее устройство. Нас с такой силой, с таким ускорением подбросило вверх, что казалось, не выдержат стропы монтерских поясов, но уже через мгновение мы были на высоте порядка двадцати метров, и в это время, как и была настроена автоматика управления, возросли обороты дизеля и наших подъемных моторов. Ветром нас стало сносить за пределы ограждения зоны и поселка. Рывок от рассоединения кабеля послужил мне сигналом к переходу на питание от аккумуляторов через частотный преобразователь. Через несколько секунд, как и было запланировано, аппарат благополучно приземлил нас за пределами «тюрьмы». А автоматика в тот же момент включила освещение периметра зоны, и, похоже, было, по тишине в лагере и на вышках, что никто и не озаботился кратковременным перерывом в осветительном процессе.
А вот дальнейшие наши действия пришлось выполнять ускоренным темпом и с большой физической нагрузкой. Перетащив аппарат и все сопутствующие атрибуты к реке, мы приступили к переоборудованию «летательного друга» в плавающего. Кабель и двигателя были успешно утоплены в омуте, из каркаса был собран корпус лодки, который обтянули кожзаменителем. Пока я собирал лодочный электромотор и устанавливал его на лодку, Юра сбегал за припрятанным вторым рюкзаком и ружьями. Через час после приземления мы уже «мчались» по реке вверх по течению под ослабевающим дождем и затихающим ветром.
Через час подъема по течению реки начались сплошные завалы и чередующиеся друг за другом бобровые плотины. Сысола сузилась настолько, что пешим ходом стало передвигаться намного быстрее и безопаснее. С грустным взглядом мы наблюдали, как тонет наше детище в лучах фонариков. Тут же на берегу Сысолы мы натерли наши сапоги, одежду, рюкзаки и ружья пихтовыми ветками, чтобы сбить со следа могущих преследовать нас солдат с овчарками. Подсвечивая Юрин компас, мы уверенно взяли курс в спасительном южном направлении и, устраивая незначительные перекуры, только чтобы выпить по кружке чая и съесть по куску хлеба, к вечеру добрались до нашего балагана. Затопив печку всегда имеющимся запасом дров, перекусив наспех подогретыми консервами, практически в бессилии, наспех раздевшись, уснули на нарах тяжким сном.
Проснулся я первым, взглянул на часы – шесть утра, но за оконцем балагана темнота еще ночная, никакого намека еще на рассвет. Но превозмогая усталость во всем теле сел на нарах и стал будить Юру.
- Палыч, ты что, озверел, в такую рань вставать, давай хоть до восьми поспим, успеем еще наохотиться.
- Какая охота, Юрий, ты о чем буровишь? С минуты на минуты может Михалыч с погоней нагрянуть. Будет нам тогда охота и танцы под стволами автоматов. Вставай, давай, ничего не знаю. Вот уйдем за Вятку да выйдем на асфальт, туда уж он точно не сунется, там уж и будем отсыпаться.
- Палыч, окстись, какая погоня, какие автоматы, какой Михалыч? Ты в своем уме, не белочку ли поймал? Вон под столом не допитая вчерашняя стоит, опохмелись и спи дальше. И что тебя вчера так сильно развезло, вроде и выпили-то всего ничего – даже бутылку на двоих не осилили? Ну и скажи, зачем тебе надо было месячник трезвости устраивать, пил бы как все люди периодически и понемногу, не мешал бы людям спать.
Побурчав еще что-то себе под нос, Юра огласил балаган богатырским храпом. А я еще долго лежал в задумчивости над превратностями сна и последствиями действия алкоголя. Уже вновь засыпая, я услышал вдалеке невнятный лай овчарок и перекрики солдат. Но, после поворота на другой бок, все посторонние звуки вдруг исчезли, и я погрузился в спокойный и счастливый сон…

_________________
Земеля


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
 Заголовок сообщения: Re: ПРОЗА нашей жизни
СообщениеДобавлено: 13 дек 2017, 22:24 
Гуру

Зарегистрирован: 29 сен 2014, 11:56
Сообщения: 428
Вложение:
faOTuLVZhIQ.jpg
faOTuLVZhIQ.jpg [ 33.25 КБ | Просмотров: 103 ]
Новогодние хлопоты.

Небольшой эпизод из далекого прошлого.

Никакая искусственная елка не сравнится с лесной красавицей, радующей глаз своим живым видом и утонченным запахом лесного аромата. А если у вас еще и две дочки погодки, которые ждут не дождутся новогоднего праздника, то ни о каких заменах и подменах речи и не может быть – только из леса и только настоящая, как и настоящий дед Мороз. Письма дедушке уже написаны и отданы мне для личного ему вручения. Как и в прошлые годы, оригинальностью желаемого подарка вновь отличилась младшенькая, Маринка, – хоть где возьми, но подари ей дед Мороз куклу Невесту, именно – Невесту, а не абы какую.
А на дворе уже началась «перестройка» с ее усилившимся дефицитом, в том числе и на детские игрушки. Полки магазинов завалены пластмассовыми пупсами и ваньками-встаньками. А тут заявка – кукла, да еще и - Невеста. Поиски по магазинам закончились безрезультатно. Сообщил Мариночке, что виделся с дедом Морозом и поведал он мне, что нигде в его сказочных закромах нет невест, может, изменит она свое пожелание? Но как только увидел наливающиеся слезами глаза дочурки, так и осекся на полуслове. Кое-как уговорил её, что попрошу его получше поискать, может, где и отыщется её заветная мечта. А сам решил – купим обычную куклу, да сошьем свадебное платьишко.
И вот как по заказу подвернулась командировка в областной центр, где в «Детском Мире» удалось отыскать желанный заказ – шикарную куклу Невесту. Тут же выбрал подарок старшей дочке Юленьке – настольную игру «Ходилка», но в которой количество ходов определяет не кубик, а хаотическое количество загорающихся огоньков. Подкупил еще каждой дочке по паре баночек дефицитных в ту пору диафильмов любимых сказок.
Вторая забота уже попроще – доставить из леса елку. Выходной день. На ногах лыжи, за голенищем валенка топорик. Морозный день, сквозь туманную дымку только-только пробиваются лучики солнца. Мой путь лежит через сосновый лес под высоковольтную линию, где растут замечательные елочки, которых и не жалко срубить, так как судьба им быть таковыми не сегодня так завтра при расчистке трассы.
Кажущееся безмолвным и спящим лесное царство изредка нарушается треньканьем синичек, где-то вдали слышен монотонный стук дятла, да порой раздается сухой резкий «выстрел» замерзающих стволов деревьев. Звуки города в сухом морозном воздухе тоже хорошо слышны, особенно свистки и гудки тепловозов с распложенной неподалеку станции. Всё это разнообразие звуков изредка заглушается шорохом съезжающего снежного покрывала с еловых раскидистых ветвей.
Впереди открывается широкая просека с молодой порослью. Внимательным оценивающим взглядом осматриваю попадающиеся елочки и никак в большом многообразии не могу выбрать ту единственную, которая глянется придирчивому взору. Эта низковата, эта наоборот – высока не в меру, у этой верхушка изогнута, эта худа, как заяц зимний.
- Ну, тебе не угодишь, – ворчу я на себя, переходя от деревца к деревцу. Наконец, глаз вылавливает ту заветную елочку, которая по всем параметрам устраивает мой придирчивый взгляд. Сняв лыжи, огребаю стволик от снега и через несколько мгновений – как в той песенке: «срубил он нашу елочку под самый корешок».
Путь домой по протоптанной лыжне намного быстрее, и уже через час лесная красавица наполняет ароматом комнату к великому удовольствию моих дочек. Начинается увлекательное совместное одевание елки в праздничный наряд. Незамысловатые игрушки, конфеты на ниточках, самодельные бумажные гирлянды, дождик и традиционная звезда на верхушке.
До встречи Нового Года остается один день. А у нас с Ольгой очередная задача – организовать приход Деда Мороза, вручить подарки, весело и вкусно встретить Новый Год. Из детского садика с позволения заведующей жена приносит костюм деда Мороза и прячет его на веранде, там же в подарочный мешок укладываются подарки. Предпраздничная смена на заводе укорочена на час – тороплюсь домой, надо побыстрей наносить воды и затопить печь в бане, чтобы успеть вымыться всей семье перед встречей Нового Года. На плите готовится ужин, в холодильнике ждет своего часа праздничный торт. Притихшие дочки ходят с напряженными лицами, ждут прихода деда Мороза с желанными подарками. Стихи для него разучены заранее и повторены накануне. С большой неохотой и только после убедительного заверения, что дед Мороз будет задержан мною до их возвращения, дочки уходят с мамой в баню.
- Папа, а дед Мороз не приходил, пока мы в бане мылись? – не успев переступить порог, чуть не одновременно подбегают обе ко мне.
- Нет. Никто не приходил, но я видел в окно, что он прошел по улице в соседний дом, наверно скоро и к нам придет, - утешаю я их, а сам собираюсь в баню.
- Если дед Мороз придет, вы уж дочки встретьте его с мамой, а спросит про меня, скажите, что я ушел в баню, и поздравьте его от моего имени с Новым Годом, договорились? – говорю им и иду в баню, взяв собранное женой бельё. Быстро захожу на веранду, одеваюсь в костюм деда Мороза и, громко хлопнув уличной дверью, стучу посохом во входную квартирную дверь.
- Здравствуйте хозяева дорогие, а здесь ли живут девочки- сестренки Юля да Марина? – измененным хриплым голосом обращаюсь к Ольге. В комнате светит только гирлянда на елке, чтобы дочки не смогли разглядеть мои глаза. Поначалу хотел я в очках темных заявиться, да вовремя одумался: где это видано – дед Мороз в очках? Притихшие дочки жмутся к маме, побаиваются дедушку, но Ольга, с которой мы заранее договорились, что мне ничего более говорить не придется, чтобы не быть опознанным, начала уверенно убеждать меня, что девочки такие здесь живут, что ждали меня с нетерпением. Под ее чутким руководством дочки по очереди, встав под елочку, рассказали мне стихи, получили заветные подарки. По подсказке мамы попрощались со мной до следующего Нового Года.
Я, выйдя в коридор, быстро снял наряд - бегом в баню, наспех помылся и домой. А там – бурное обсуждение визита Деда Мороза, восхищение подарками. Рассказывают обе дочки взахлёб, как дед Мороз приходил, как они его встретили, какой он добрый и хороший. Но старшенькая, смотрю, подошла ко мне, когда я присел в кресло и тихонько, как будто невзначай пощупала мои волосы и так внимательно-внимательно взглянула в мои глаза. Но ничего не спросила, видно мои мокрые волосы развеяли её сомнения относительно личности деда Мороза.
Праздничный ужин, прерванный на время просмотром диафильмов на побеленной стенке печки и совместной игрой в «ходилки», затянулся до позднего вечера. Тост за Новый 86-й год мы уже произносили шепотом под тихое посапывание дочек. Марина, обняв куклу Невесту, чему-то мило улыбалась во сне…

_________________
Земеля


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
 Заголовок сообщения: Re: ПРОЗА нашей жизни
СообщениеДобавлено: 14 дек 2017, 08:34 
Гуру
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 22 ноя 2009, 09:25
Сообщения: 18715
Откуда: п. Рудничный
Валерий Павлович, спасибо! Так и праздником повеяло.

_________________
Кто владеет информацией - тот владеет миром


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
 Заголовок сообщения: Re: ПРОЗА нашей жизни
СообщениеДобавлено: 14 дек 2017, 09:00 
Гуру
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 09 июл 2010, 18:47
Сообщения: 9446
Мне тоже очень. понравилось,так мило и трогательно.


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
 Заголовок сообщения: Re: ПРОЗА нашей жизни
СообщениеДобавлено: Вчера, 22:56 
Гуру

Зарегистрирован: 29 сен 2014, 11:56
Сообщения: 428
Улыбнёмся хором?

Дед Андрон.

Много замечательных и необычных людей встретилось мне на жизненном пути. Многие из них, к сожалению уже покинули нас, кого болезнь скрутила, кого годы прожитые утомили. С восхищением и удовольствием вспоминаю каждого из них. Вот и дед Андрон нет нет, да и всплывет в памяти. Познакомился я с ним на работе, куда он устроился вскоре за мной инструментальщиком. Не помню подробностей нашей первой встречи, но только помню, что поразил меня сходу его простецкий вид и характер, но в то же время имел он хитроватый взгляд, про таких говорят: «себе на уме». А еще поразило то, что был Андрон ловким человеком. Есть такое интересное слово в нашей речи, и обозначает оно много качеств: тут вам и мастеровитость, и пронырливость, и хитрость. Так вот, как я уже сказал, был Андрон ловким, умелым и разговорчивым старичком. Все в его руках так и вертелось и починялось: валенки ли подшить, котелок ли склепать, сверло ли заточить. Да много чего умел изладить и смастерить Андрон. Ну и как всегда на Руси - не дурак дедок был и стопочку пропустить порой. Эта его способность и слабость чаще всего и толкала его на «трудовые подвиги», в чем я вскоре после знакомства и убедился.

Андрон – бизнесмен.

В цехе, где разворачивались описываемые события, отливались всевозможные изделия из пластмасс, а для разогрева этих пластмасс использовались нагреватели из нихромовой проволоки, аналогичной той, из которой изготовлялись нагревательные спирали к электроплиткам. Эти плитки имели большую популярность в те советские времена, а вот спирали к ним в свободной торговле были большим дефицитом. Нихром хранился в кладовой электриков под моим контролем и выдавал я его рабочим, порой и для личных целей. Дед Андрон частенько наведывался ко мне с просьбой этого нихрома. Иногда по причине нехватки времени или невозможности личной выдачи отдавал ему ключи от кладовой, благо он знал, где хранятся бухты этого нихрома. Сколько уж он отматывал, его я не проверял, да это и невозможно было. Но только однажды, зайдя в инструменталку, был поражен увиденной картиной: на верстаке лежит штук десять заклеенных конвертов, на каждом из них штемпельная печать – «Один рубль», а дед Андрон вкладывает очередную спираль из нихрома в конверт и заклеивает его. Ничуть не смутившись, пояснил он мне, что старуха, дескать, всю пенсию и получку у него конфискует, а на подшитые валенки и котелки не разгуляешься, вот и организовал он бизнес нихромовский. Конечно слова такого хитрого «бизнес» в то время не существовало в нашей русской речи, но друг друга мы с ним поняли. На мой недоуменный вопрос о наличии сбыта товара Андрон пояснил, что женщины сборщицы из цеха с удовольствием покупают их. А чтобы спрос не падал, он спирали мотает специально укороченной длины, тогда они греют «поядрёньше», ну и, естественно, сгорают почаще. Надо же до чего додумался пенек старый – это наверно китайцы у него потом переняли опыт одноразовых изделий. Рассказал я мужикам своим в монтерке об увиденном коммерсанте, ох, и посмеялись же мы от души, а авторитет Андрона только возрос в наших бесхитростных душах. Надо же – сколько задаром было роздано нами этих спиралей, и никто ведь не додумался до такого «бизнеса».

Хитрые антенны деда Андрона.

Вскоре после знакомства с нихромовым бизнесом, зайдя в очередной раз в инструменталку, вновь был поражен увиденной картиной. Дед Андрон мастерил очередную телевизионную антенну. Потому очередную, что уже три штуки готовых лежали на стеллаже. А поразило меня то, что антенны были настолько хитрыми и замысловатыми, что, как говорится: «ни словом сказать, ни пером описать». Состояла антенна из двух лучей, изготовленных из трех параллельных стержней, заключенных в сдвоенные треугольники, разнесенных в свою очередь в пространстве. На мой вопрос, к чему такое усложнение конструкции – последовал настолько убедительный ответ деда, что у меня только челюсть отвисла:
- Ничего, ты, Палыч, не смыслишь в интересе покупателей. Вот сделай я обычную антенну как у всех, ну много ли мне за неё дадут: ну руб, ну полтора. А эту я спокойно, не торгуясь, за три сбуду. Ты посмотри – насколько она красива, необычна, как в ней телеволны во множестве будут застревать и как повысится качество приема сигналов. Не сомневайся, Палыч, казать она будет не хуже других. Конечно и не лучше, но это уже другой вопрос и на цену он уже не влияет. Тут надо главное убедить покупателя в её преимуществе, а проверять и сравнивать с другими антеннами вряд ли кто будет, проверено, поверь уж мне.
И на самом деле, идя в тот же день с работы, увидел я немалое количество таких же, как у деда Андрона в инструменталке антенн, в которых застревали волны телевизоров доверчивых земляков Андрона.

Утопленное ружьё.

На войну дед Андрон не попал, потому как эшелон, в котором он ехал на передовую из учебной части, попал под бомбежку. Осколком бомбы Андрон был серьезно ранен в правый бок, долго лечился в госпитале и был комиссован из армии. До сих пор у него плохо работает правая рука, по этой причине и пришлось ему с военных лет работать на «легком», как сейчас выражаются медики, труде. Но, тем не менее, Андрон считается участником войны и получает увеличенную пенсию. Одна беда, как говорит Андрон, баба ему досталась жадная до денег.
- Говорила ведь мне мамка, предупреждала, не бери в жены Клавку – хохлушку, возьми любую другую, но только не её. Не послушал я мамку, вот всю жись и маюсь, ни пенсии не вижу, ни зарплаты - поделился он как-то со мной печалью своей затаенной.
- Но я, Палыч, все-таки отыгрался как-то было на ней, на Клавке моей, язви ее в душу. Обидно мне стало однажды до глубины души, что только в субботу после баньки стопочка на столе появляется, что не шабашки мои, так целыми неделями ходил бы как трезвенник и язвенник. Вычитал я, уж не помню где, о том, как мужик жену обманул, придумав байку об утопленном танке, и решил так же «развести» мою хитрованну и жаднованну Клавку. Подговорил я друга своего, Чапая, был в ту пору у нас с такой знаменитой фамилией военком, чтобы он изладил мне хитрый документ, В нем попросил указать, что, находясь в учебном полку, перед отправкой на фронт, утопил я по дури своей в болоте противотанковое ружье дорогое, и что пришел в военкомат исполнительный лист об удержании с меня процентов за сей проступок. Документ был состряпан настолько убедительно, что не вызвал у Клавки никаких подозрений – текст был на машинке напечатан, да с печатью синей гербовой, да в письме заказном на моё имя отправленном. Пришлось Клавке выкладывать мне десять процентов от пенсии инвалидной и столько же от зарплаты месячной для возвращения долга в кассу военкомата. Года три исправно «носил» я деньги в военкомат, пока не додумалась Клавка моя, когда уехал я в областной госпиталь на периодическое лечение по причине ранения, самолично отнести взнос месячный и узнать, много ли еще платить осталось. Ох, и встреча была горяча по прибытии моего из госпиталя. До сих пор дрожь пробирает, как вспомню ту сковородку чугунную, некстати под руку попавшую Клавке моей разлюбезной, язви её в душу.

Самогонный аппарат.

- Затаил я злобу на Клавку после того случая не шуточную. Надо же, живого человека, инвалида войны – да сковородкой по башке, это какое же сердце неблагодарное надо иметь, чтобы мужа своего подлеченного вновь инвалидом захотеть сделать? Ладно, думаю, дождусь удобного случая, да так отомщу, что десять раз покаешься за сражение то неравное. И вот вскоре, Палыч, подвернулся такой случай. Сосед мне рассказал байку, как друзья мужика разыграли, дескать, вышел закон, разрешающий самогон гнать для личного потребления, только надо аппарат узаконить и патент получить. Ну, мужик сдуру и пошел в милицию самогонный аппарат на учет ставить. Вот и Клавка моя отродясь нигде не рабатывала, а от скуки и от жадности пробавлялась изготовлением и торговлей этаким зельем. Решил я на этой ситуации ей отомстить и морально и материально. Был у меня в ту пору знакомый мужичек, который работал в нашей городской типографии. Рассказал я ему о жизни своей тиранихой Клавкой раздавленной, попросил его в последнем экземпляре местной газеты заметку о разрешении применения самогонных аппаратов и получения патента на торговлю самогоном отпечатать. Вникся друг мой в участь мою тяжкую и напечатал такую заметку. Этим экземпляром и подменил я в почтовом ящике настоящую газету. А Клавка моя, надо честно сказать, «от корки и до корки» местную газету изучала, ну и естественно наткнулась на эту статью. Смотрю, у неё глазки загорелись, привязала она флягу и змеевик на санки, паспорт приготовила, заявление с вечера написала и с утра решила в милицию идти за получением патента и регистрацией аппарата. Как уж прошла вся эта «регистрация» Клавка мне, естественно, не рассказала, только долго потом весь городок наш хохотал, когда из милиции пошла новость, что баба одна местная приволоклась с самогонным аппаратом и под ржание всей набежавшей в дежурку смены милицейской требовала исполнения закона, пропечатанного в газете. Ух, как злилась Клавка, как не знала на ком злость сорвать, но меня не додумалась заподозрить в столь изощренной мести. Однако сковородку чугунную я все же той ночью, перед её визитом на «регистрацию» припрятал на чердаке «от греха подальше».

Встречая Новый Год.

- Ты, Палыч, только молчи, пожалуйста, ничего не говори и почаще головой кивай – вот такая твоя роль. Понял ли? – так инструктировал меня Андрон по пути к его дому. А шли мы к нему, якобы ремонтировать телевизор, который «как назло» сломался накануне встречи Нового Года. А без телевизионного «голубого огонька» Клава, супружница Андрона жизнь не мыслила, и потому на этой слабости надумал Андрон «подоить» её, тем самым поправить свое финансовое положение на предстоящий выходной по поводу новогоднего праздника. Для этого накануне через щели в задней стенке телевизора он изловчился вытащить одну из ламп, а меня вел к себе домой в качестве мастера телевизионного. По его задумке я взял чемоданчик с тестером, несколько валявшихся в монтерке телевизионных ламп и пачку электросхем от станков, никакого отношения к телевизорам не имевшим. У кладовщицы Андрон заранее уже взял чистый бланк расходного ордера со смазанной цеховой печатью.
- Это для солидности и правдоподобности ремонта, – так пояснил он, запихивая схемы за пазуху, а расходный ордер вручая мне. Клава встретила нас, как и подобает больному, встречающему долгожданного доктора, который обязательно вылечит от любой болячки. Пока мы с Андроном разворачивали на столе телевизор, пока раскладывали электросхемы, снимали заднюю крышку на кухонном столе уже шкворчала сковородка с разогретыми котлетами и поджаренной яичницей. Аромат, который исходил из сковородки, не позволял затягивание ремонта, но для приличия мы все же минут пятнадцать «повозились». Под мерное мерцание экрана телевизора, по которому шел очередной предновогодний сериал, мы приговорили с Андроном по паре стопочек перцовки под хорошую закуску и стали собираться на выход.
- А рассчитываться с мастером, что я должен? – с обидой в голосе «наехал» на супружницу Андрон.
- Сколько я Вам должна за ремонт?
Я уж было хотел отказаться, но вспомнил инструктаж деда, который тут же незамедлительно вклинился в разговор:
- За ремонт с вызовом мастера на дом, я узнавал у ихнего кассира, три рубля и за лампу его личную еще два, так товарищ мастер?
Ни слова не говоря, протягивает Клава мне пять рублей, которые я молча кладу в карман, выписываю «квитанцию», не забывая при этом кивать головой. Выйдя из дома, Андрон ворчливым голосом произносит такую речь, от которой меня пробивает на длящийся несколько минут смех:
- Вот ведь, карга старая, есть же у нее водка в подполе, сам видел. Так нет же, поставила на стол, что подешевле, язви её в корень.
По дороге в цех пять рублей перебираются в карман деда, который заходит в магазин, подкупив при этом беленькую и банку кильки в томате с полу буханкой хлеба. В инструменталке продолжили мы отмечать удачно завершенный ремонт телевизора и наступающий Новый Год. После выпитой стопочки я покидаю Андрона и иду в монтерку завершать рабочий день. Зайдя по окончании смены в инструменталку, вижу довольно необычную картину: сидит не в меру задумчивый Андрон и вялым взглядом смотрит на бутылку, в которой практически нет ничего. Вежливо и бережно укладываю я Андрона на верстак, предварительно положив на него пару фуфаек, под голову дедушке подсовываю пару подшитых накануне валенок. Выйдя в цех, нахожу мастера второй смены, даю ему наказ разбудить Андрона через пару часов, опохмелить и отправить домой для встречи в «объятиях» Клавы Нового Года.

Говорящие часы.

- Ну, дед и выдумщик же ты, такие эксперименты над супружницей своей проводишь, хоть рассказ пиши, да юмористам концертным отдавай – польстил я Андрону, заглянув как-то в обеденный перерыв в его «обитель».
- А нет ли у тебя еще каких-нибудь интересных историй о подшучивании над Клавой твоей ненаглядной?
- Да как нет, есть пара «секретных» способов выкачивания денежек из ее шкатулочки сберегательной, до сих пор некоторые использую.
- Да ладно, свистеть то, она все твои примочки наверняка уже давно раскусила?
- Ну, не веришь, не верь. Что ж тогда выспрашиваешь?
- Да не куксись, Андрон, колись, давай, своими секретами.
- Ну, слушай, Палыч. Значит так, год назад юбилей был у Клавки, вот и вскладчину с племянником подкупили мы ей в подарок часы говорящие. Она, как та «мартышка к старости слаба глазами стала», а тут какое удобство – кнопочку нажал – китаяночка тебе ласковым голоском: «Сесть цясов, сесть минут». Ну, настолько часы Клавке понравились, что чуть не каждый час кнопочку нажимает. Но сказал я ей, чтобы батарейка быстро не разряжалась, надо часы на ночь в холодильник класть, и попросил племяша, чтобы он, как бы ненароком, подтвердил слова мои. А задумка моя заключалась в том, что в последнюю ночь месяца, я, втайне от Клавки, отключил звуковое сообщение, как научил меня племянник. Утром она, нажав кнопочку, ничего в ответ не услышала и спросила меня, в чем дело. Сделав «вспоминающий» вид, я пояснил ей, что надо в начале каждого месяца перематывать обратно расположенную в часах магнитофонную ленту с записью времени. Процедура эта, якобы, платная, но, говорю ей, что есть у меня человечек, который это делает на дому и дешевле, чем это делают в быткомбинате. Естественно, Палыч, по причине своей скупости она до сих пор «отстегивает» мне ежемесячно по пять рублей – на перемотку магнитофонной ленты. А чтобы она не поймала меня на обмане, сказал ей, чтобы ни с кем об этом не делилась, дабы не «подставить» мастера по перемотке. Так что до сих пор у меня пятирублевый ежемесячный приработок есть, а ты говоришь – свистишь. Но, Палыч, никому ни слова, а то она купила новую сковородку, похоже, потяжелее той будет на чердаке спрятанной.

_________________
Земеля


Вернуться к началу
 Профиль  
Ответить с цитатой  
Показать сообщения за:  Поле сортировки  
Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 90 ]  На страницу Пред.  1 ... 5, 6, 7, 8, 9

Часовой пояс: UTC + 3 часа


Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 3


Быстрые действия:
Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете добавлять вложения

Перейти:  

Powered by phpBB © 2000, 2002, 2005, 2007 phpBB Group
Русская поддержка phpBB